Мысли витают в воздухе

Не так давно мы с О. В. Беловой, известным российским этнолингвистом и фольклористом, не сговариваясь написали по отдельной статье, посвященной так называемому Калиновскому чуду. Вдвойне удивительно и то, что каждый использовал почти уникальный набор источников и рассмотрел этот феномен с различных позиций. Читатели сайта Проекта «Уфоком» могут ознакомиться с этими публикациями, вышедшими соответственно в журнале «Studia Religiosa Rossica» и сборнике «Homo Eurasicus»: в системах «картин мира».

Также по теме

Феномен чудес, связанных с культовыми объектами и происходивших на территории России, Украины и Беларуси в XIX–XX вв. в последние годы стал предметом пристального внимания исследователей. Обновления икон и других сакральных объектов и сопутствующие обновлениям чудеса рассматриваются в контексте официальной и устной истории, что дает возможность сопоставить документальные свидетельства и фольклорные нарративы, проследить процессы мифологизации событий и оценить роль устной традиции в формировании «текста святыни», который может надолго пережить сам почитаемый объект.

Большинство из тех, кто интересуется проблематикой аномальных явлений, даже те, кто в теме довольно давно, а не пришли на волне последнего всплеска интереса к этому увлечению, произошедшего в начале нового тысячелетия, скорее всего, ничего не слышали про калиновский крест. А между тем, это первое, пожалуй, широкомасштабное событие на территории СССР, которое наглядно визуализировало самые различные проявления необычайного на довольно обширной территории. Отголоски этих событий мы, сами того не ведая, ощущаем и до сих пор.

Изначально Калиновское чудо было лишь побочным продуктом огромнейшей вспышки рассказов о чудесах, которые наводнили информационный фон на Украине в начале 1920-х годов. Словно в реторте какого-то алхимика соединились в этой «волне чудес» самые необычные представления, причем слухи усиливались на волнах неурожая, голода и засухи, принимая иной раз крайние формы. Возникли самые разные толки на эсхатологические темы: о приходе антихриста, конце света, вспомнились подзабытые религиозные сюжеты, соответствующие наступлению «последних дней». Власти поначалу боролись со всеми этими слухами довольно вяло, но все изменило одно событие.

Летом 1923 года в Подольскую губернию наводнили истории о том, что из одного распятия на кресте, находящемся у с. Калиновка, течет кровь. Это мгновенно переросло в новость, которая взбудоражила всю Украину и к месту события двинулись паломники, вначале десятки, а скоро… десятки тысяч. Изучая материалы тех лет, понимаешь, что СМИ были совершенно не готовы к такому повороту событий, например, не удалось обнаружить даже карикатур на эту тему, хотя этот инструмент применительно к чудесам еще не вошел к тому моменту в массовый обиход (впрочем, карикатуры упоминаются одним из авторов). Интересно, но до сих пор не найдено ни одного архивного фотоснимка тех лет, хотя можно предположить их наличие в польской периодике 1923 года и архивах спецслужб.

Но удивительно другое – слухи о «чудесах» креста породили в окрестных округах вспышку появления кровоточащих и мироточащих святынь (икон и иных предметов религиозного культа), а также привело к рассказам о других чудесах, связанных с придорожными крестами (обновлению на них икон или распятий). Собственно, сама идея о кровоточащих предметах вдруг стала столь популярна, что тут же возникли слухи о множестве других таких же объектах. Более того, эпидемия «слезоточивых» икон, пожалуй, впервые в истории охватила всю страну и один из корреспондентов даже писал, что такая плачущая святыня есть чуть ли не в каждом втором дворе.

Во многом случай с калиновским крестом предвосхитил будущие фляпы аномальных явлений на территории СССР. Он не только генетически с ними сходен, но и позволяет увидеть как на модельном экспонате все будущие и переоткрытые впоследствии особенности таких вспышек. Практически всегда мы наблюдаем некое событие, которое очевидцы использовали в качестве центрального и наиболее резонансного, в данном контексте я бы предложил термин чудообразующего.

Но история с калиновским крестом позволяет увидеть не только драйверы, на которых работает отдельный фляп, но и то, каким образом рождаются разрозненные «миниатюризированные» истории-ответвления, как они сплавляются между собой и визуализируют новые происшествия. Более того, критическая масса таких рассказов в других регионах создает новое центральное чудо (в случае с калиновским крестом они также возникли в трех округах Подолии). Процесс этот чем-то напоминает распространяющиеся круги на воде, возникшие от брошенной в водоем россыпи камней. С той лишь разницей, что места пересечения множества кругов как бы создают из ничего новые камни. И чем мощнее швыряет некий изначальный информант первые камни, тем больше вероятность укоренения новых, совершенно не похожих на предыдущие, рассказов о таинственных происшествиях.

В каждом из анализируемых случаев свои особенности падения камней, связанные с особенностями менталитета местных жителей, но если говорить про 1920-е годы, то там слухи возникли в первую очередь из-за засухи и вызванного ею голода. Хотя причина эта была далеко не единственная, в целом к ней привел целый комплекс проблем, ухудшивший положение людей на селе. Интересно (и давно подмечено), что каждый из фляпов аномальных явлений также имеет циклическую природу и происходит (ярко выражено или почти незаметно) через примерно равные промежутки времени. Природа этих циклов носит дискуссионный характер и в целом лишь подчеркивает то, что это естественный природный процесс, характерный человеческой популяции.

Понятное дело, что все, о чем я пишу, здесь представлено довольно сжато и утрировано. Более подробно о различных аспектах, приведших к Калиновскому чуду, навсегда изменившему культурный ландшафт отдельной территории, а, возможно, и части Евразии, можно прочитать в уже упомянутых статьях.

Также по теме

В статье приводятся подробные сведения о так называемом Калиновском чуде, слухи о котором бытовали на территории Украины в 1923–1924 годах. На материалах украинских газет первой половины 1920-х годов показано зарождение и распространение легенды о «кровоточащем кресте», демонстрируется поступательное развитие паломничеств к кресту, также отражено место креста в «эпидемии чудес», охватившей в эти годы несколько округов Подолии.