Акциональный код в белорусских народных сказках и легендах о камнях

В фольклорно-этнографической литературе XIX-XXI вв. фиксируется ряд действий, выполняемых у сакральных камней или над ними. Подробно этнографическая сторона этих действий описана в работах Э.А. Левкова, В.Ф. Винокурова, Л.В. Дучиц, Э.М. Зайковского и др. Согласно этнографическим записям, сакральным валунам разного типа приносили пожертвования в виде денег, тканей, ягод, конфет и т.п., перед камнями могли молиться, а вода из ямок-«следков» считалась целебной, особенно для глаз. Несколько ранее неизданных полевых записей автора с описаниями подобных действий представлены в приложениях. В данном контексте перспективной для исследования темой является обряд либации – пожертвование в виде возлияния, – который анализируется Э. Усачевайте на основе балтского материала [6, 353–360].

Действия, направленные на камни, которые описываются в текстах сказок и народных легендах, преимущественно рассматривались в контексте этиологических легенд о происхождении «следков». Подробнее белорусские фольклорные тексты с мотивами действий над камнями не анализировались. Целью данной работы является вводный беглый обзор некоторых мотивов этой группы.

Появление «следков» на камнях часто связывается с мотивом хождения по земле Богоматери, которая вступает на камень. Тем не менее, встречается этиологическая легенда, в которой мотив «следка» отсутствует, но повествующая, почему камни более не растут большими: «Даўней каменё раслі вялікія, так, як хаты. Аднаго разу ішла Матка Найсветна і збіла пальцы аб камень, так заплакала, раўне і кажа: “– Ах, дай Божа, каб вы ўжо гэтакія не раслі!” Так ужо ад гэтае пары хаця растуць, але памалу і ўжо невялікія» (№12 «Каменё») [3,38].

В мотивах наступания на камень, как правило, основными персонажами являются Богоматерь, Христос или черти, но фиксируется единичный текст, в котором «следок» оставил олень – животное, вообще очень редко фиксируемое в белорусском фольклоре: «Бегаў тады залаты алень шчасця – і дзе заставаўся след ад яго капытка, там астывала зямля і ўсё, што на ёй знаходзілася, набывала цудоўную сілу... хітрая выемка на ім [валуне] і сапраўды нагадвае след аленя» (№628 «Камень каля Радашковічаў») [3, 371-372].

Мотив сидения человека на камне является априори ожидаемым в фольклоре и в быту1, но развитие этого мотива в сказочных текстах происходит через наделение персонажей волшебными предметами или силами. Так на камне, под которым живет волшебная змея, или ящерица, может сидеть музыкант и призывать ее своей игрой: «...ён [музыка] браў сваю скрыпачку, выхадзiў за гумно на ўзгорак, садзiўся на каменьчыку i iграў на сваёй скрыпцы рознымi галасамi... Аднаго разу, калi ён iграў, з-пад норкi выскачыла яшчарка...» (№125 «Музыка і яшчарка») [1, 268-269].

Отметим, что известно много белорусских легенд и верований, касающихся змеев и их нахождения под камнями: змеи прячутся под камень, змеи-краўцы (портные) или змеи-шаўцы (сапожники) живут под валунами, во время Воздвижения змеи могут затянуть человека под камень, под камень в сказках кладут отрубленные головы сказочного змея и т.д.

Еще один интересный мотив связан с трением предметом о камень, во время которого персонаж считает, что крутит жернова. Так, согласно устному рассказу К. Шытуля, на болоте Сосноватка около д. Володьки Докшицкого р-на есть Чертов камень с многочисленными углублениями, в которых, как (в шутку) говорят, «черти боб молотят». В архиве АИМЭФ хранится карточка с более подробным описанием этого валуна: «Там такое балотца, рос сасоннічак. Гектараў дваццаць балотца было. Сярод яго – вялікі-вялікі камень. Хто ідзець п’яны міма, дык чэрці ў балотца зацягнуць, і той чалавек да каменя даходзіць. Дойдзець да каменя, садзіцца і трэць шапкаю па ім, пакуль гэту шапку не сатрэць. Калі няма шапкі, дык руку да крыві здзіраець. І адысціся не можа ўсю ноч, куды ні кідаецца, усё да каменя ідзе. А як шапкай трэці ці рукамі, то здаецца яму, што на жорнах меліць. А тады, як кончыць ужо малоць, дык ляжыць і спіць як на печы»2.

Подобный текст может быть одним из вариантов этиологической легенды о появлении на камне многочисленных ямочек. Другая хорошо известная и описанная в литературе легенда – это легенда о валуне со многими лунками «Чертовы дучки» около д. Крушиняны в районе Белостока (№638 «Чертовы дучки») [3, 376]. На нем словно выточены круглые ямки, которые называют в Крушинянах «дучками». В этом месте собирались черти и на камне в дучки играли, катая по ямкам камень. В некотором смысле две приведенные легенды семантически близки, если учесть этимологию лексемы дучка. Так, для dukъ помимо других значений, приводятся следующие: рус. диалек. дук – 'ямка, лунка, в которую дубинками загоняют шар, чурка', польск. диалек. ducza, duca – 'углубление в середине верхнего жернова, углубление вообще (в хлебе, в земле)', индо-евр. *douk - 'рвать, расщеплять, долбить' [5, 636].

В текстах сказок встречается несколько интересных мотивов, связанных с камнями. К примеру, мотив борьбы лошади со львом за «первенство», во время которого лошадь выбивает из камня искру, а лев – нет (№44 «Старый конь», №45 «Как конь стал важнее льва», №46 «Лев и волк») [1, 113–116]. Особо выделим мотив мазания камня кровью и мотив битья камня. Часто подобные действия предпринимаются ради возвращения заколдованного в камень человека обратно в человеческий облик: «...так я ўзяў свае два сыны, зарэзаў і пашмараваў тою кроўю камень, і ты з каменя зноў адвярнуўся...» (№46 «Лякай-камень») [7, 357–359], «Як сталі яго хрысціць, дак ён пракалоў у яго мезянец і пабег, памазаў той камень кроўю. Як памазаў, так камень і стаў зноў хлопчыкам» (№133 «Мёртвае цела») [8, 527–531], «...павадзілі чароўнай палачкай па камені, і дарагая іх сястрычка аджыла...» (№52 «Маці і тры дачкі») [8, 249–252], «Як толькі яна ўдарыць дубчыкам, камень аджывае. Аджыў адзін брат, другі і іхнія звяры» (№72 «Сын селяніна вызваляе царэўну ад смерці») [2, 128]. Превращение человека в камень как наказание за работу в большой праздник встречается довольно часто в легендах: «Казалі, чэлавік паехал на велікдзень араць, а юн не щітаў, шчо это празнік. Да ўсталі вал, да прінясла жонка абіед, да вашла, да вернуласа: “Чі то муй чэлавік багато наораў”. Да чэлавік багато наораў, да і ані ўчатырох, два волы і чэлавік і жонка пакаміеніелі. То, каже, трохі спіна відна да рогі, а так ужэ вашлі у землі»3. Другой вариант – превращение свадьбы в камни или в волков: «Дэвять комэнів під цэрквою [в селе за Бугом]. Такый дружко зробыв [превратил всю свадьбу в камни], чі можэ якый другый. То з вэсілля було»4.

Битье камня может быть не связано с заколдованным человеком, а являться:

  • наказанием на том свете: «– Мой Божа мілы, бачыў я два чалавекі, як білі бізунамі каменні, што гэта такое? – Гэта так: за жыцце сваё то яны былі аконамамі ды й вельмі людзей катавалі, так цяпер за кару каменні б’юць» (№77 «Знайда Дуброўскі») [8, 354–360];
  • формой невыполнимого приказа: «Прышлі яны да тых каменяў, пачалі гэта іх даўбці, скрабці, рэзаць і ніяк няма скуль пачаць скуры драць!» (№13 «За старою галавою, як за пнём») [4, 45–46];
  • формой смертельного проклятия за битье целебного камня: «Ударыў ён ляскай па камені, растапіўся камень, але не разваліўся, а чалавека таго сагнула, скручыла – і памёр ён скора» (№383 «Пра Тураў») [3, 291–292].

В других случаях по камню бьют ладонью, чтобы он дал пищу и питье: «– Ідзі, – гаворыць, – ідзі во столькі, столькі кіламетраў, ляжыць камень чатырохвугольны, так ты на той камень сядзь і лопні рукою, тады ўсё там будзе кучаю» (№70 «Партупей-прапаршчык») [2, 155]. Либо же битье – это своеобразное действие для восстановления волшебной молотьбы: «А вот як: узяць кол асінавы і ўдарыць аб камень, і пойдзець малоць!» (№101 «Чортавая маць») [8, 436–437].

Известно и соскабливание целебного камня для оздоровления: «Адна жанчына ў Рычове аслепла. Раз бачыць яна ўва сне, што трэба ёй ісці да каменя, абскабліць яго і выпіць з вадой. Яна прачнулася, зрабіла так, і скора пасля гэтага паздаравела» (№383 «Пра Тураў») [3, 291–292]. Подобную практику можно сравнить с распространенным верованием в то, что вода из ямки камня-следовика помогает глазам.

В двух легендах встречаются два редких описания касательно камней. Согласно первой, на камне высекли изображения после того, как две свадьбы не уступили друг другу дорогу и друг друга поубивали: «...людзі ўшанавалі двума каменнымі помнікамі. На адным у камені выкуты быў чалавек накшталт свата, перавязанага праз плячо ручніком. На другім камені-помніку выкуты быў музыкант-скрыпач» (№№527, 528 «Жаніхаўка») [3, 336]. Вторая легенда связана с редким сейчас видом промыслов плотогонов. Проходя сложную часть реки с подводным камнем, ему делали пожертвования: «Кожны плытагон, першы раз праводзячы барку або плыт над небяспечным падводным каменем-заборам, кідае ў ваду кавалак хлеба з соллю і гаворыць: – Вітаю цябе хлебам-соллю! Хлеб-соль прымі і мяне прапусці. Пасля такога прывітання, даўшы даніну, плытнік смела праходзіць небяспечнае месца» (№636 «Прывітальны камень») [3, 375].

Таким образом, даже из приведенного обзорного материала следует, что белорусские фольклорные тексты обладают большим потенциалом в отношении понимания акционального кода и возможных действий, производимых с сакральными камнями. Особо следует выделить мотивы мазания камня кровью и битья камня.

Дополнения

Про камень-следовик у д. Верхлес Червенского р-на

«Эта горка насыпная. Так были и кресты там. Три креста было. Старики идут – Богу молятся. Там росли сосны, а потом взяли люди повырубали. Вокруг деревья, а там на горку. Кладбище появилось на этой Святой Горке в 1972 году» (пересказ)5.

«А вот же ж есть кладбище в сторону Смолевич, и есть камень такой, как бы след, ну, вот на Святой Горке. Когда после распятия Христос как бы уходил и стал на (камень), его след остался»6.

«Шла Богородица, ну она ступила на этот камень и остался след. А дождь пойдет, и водичка, так это вроде как свенцоная вода. Старики идут и глаза уже промывают, молятся. Молятся по выходным. Ну собираются старшие. В камень этот, где ямка, бросали копейки…»7.

«Камень со следом был, как ступня. Большой валун, и такой плоский, а не круглый. Старики говорили, что это раньше Бог куда-то шел и наступил. Раньше там еще стояла небольшая капличка. Испокон веков люди сюда ходили, молились. А кладбище недавно появилось, может, в 60-ых годах, как говорят там первые “поселились”»8.

«Говорят, что шла Богоматерь, там был, стоял, лежал камень. И она, говорят, след наступила, следок был, и когда дождь пойдет, люди ходили эту воду брать, мылись, или глаза болят, или что. Вот это я слышала от старших и я вам это говорю. Ну, там он лежит наверное, там вроде бы его взяли для дома. Ну, там взяли его для дома, дом кто-то строил, ну, надо же было камни подкладывать. Ну там эта Верхлица. Вроде бы этот камень взяли и потом этот дом сгорел. И приснилось такое, завезли туда, где лежал»9.

«Пресвятая Богородица шла к воде. Там камешек стоял и она, опершись, отдыхала. И там, говорят, была ямка такая, как нога ступала. И когда шел дождь, вода стояла. Люди, говорят, мылись. Потом село горело, потому что святые камни пособирали»10.

Про камень у д. Красевичи Червенского р-на

«Марьина Горка, а сейчас этой Марьиной Горки нет – запахали. И камень там был где-то... Горка была возле Пухович. Недалеко от деревни Красевичи, сейчас там поле. Когда трактора... метровые эти плуги, полностью перепахали... Раньше это возле Красевич лес был, рядом, возле деревни»11.

Про камень-следовик у д. Чисти Вардамские Докшицкого р-на

«Раньше старики говорили, что на этот камень ступила пресвятая Матерь Божья, и на нем остался следок». Информантка говорит, что когда они ходили за ягодами в лес, то любили пить воду из этого следка. По словам информантки, на ее памяти камень раскололся, говорит, «гром расколол»12.

Дорога к камню-следовику в д.Чисти Вардамские Докшицкого р-на (фото автора).
Дорога к камню-следовику в д.Чисти Вардамские Докшицкого р-на (фото автора).
 
Камень-следовик возле д. Чисти Вардамские Докшицкого р-на (фото автора).
Камень-следовик возле д. Чисти Вардамские Докшицкого р-на (фото автора).
 
Камень-следовик возле д. Чисти Вардамские Докшицкого р-на (фото автора).
Камень-следовик возле д. Чисти Вардамские Докшицкого р-на (фото автора).
 

Про камень-следовик возле д. Пустоселье Докшицкого р-на

«Это у нас, у нас там есть камень большой-пребольшой, около Пустоселья, там дорога, есть вот гостинец, гостинец, лежит тот камень обросший мхом, зелёный, и там копытце, и говорят вот, ехали молодые и провалились, и там вырос камень и там копытце, і там кто идет по ягоды, ну, идут же в ягоды без денег, так хотя ягод вкинут, хоть кусочек хлеба в то копытце, огромный камень стоит, сам такой вырос. Докшицкий район, деревня Пустоселье, там в лесу... И там в лесу, за гостинцем идет дорога, за гостинцем там стоял тот камень, огромный мхом обросший и копытце»13.

Про Змеев камень возле д. Гоголевка Чашницкого р-на

«Где мы жили в деревне, так был камень. Его всё Змеев камень называли. Возле деревни, недалеко. А мы, понятно, дети, после войны, коров пасли и бегали, так там видно, что там вроде как, будто, говорят, окна были и всё на свете, и змей там уже какой-то. Так, говорят, чародей некий жил там в том камне. Ну, так, мы потом к камню, он сверху гладенький-гладенький, такой как словно отшлифованный, так мы, понятно, дети, танцуем по этому камню. Ну, вот, “где вы были?” – кто-нибудь спрашивает. “На Змеевом камне были”»14.

Про камень-следовик возле д. Сунаи Копыльского р-на

«Был у нас Божий следок, камень такой был большой, он и огорожен был колками, все ходили туда жертвовать, ну, носили деньги, клали на тот следок. А дети побегут – заберут эти деньги на конфеты... [а: Молились перед этим камнем?] Молились. [а: Может, крест стоял?]. Был, был крест, угу. И я ж говорю, огорожен был такой… колочками. [а: А рушники?] И рушники, и такие фартушки были маленькие, всё было»15.

«А возле нашей деревни была такая деревня... может, следочек там остался... всегда когда люди шли в лес по ягоды, то бросали копейки на тот следочек, там было такое... это детский следочек. Говорят, что когда-то были камни мягкими, ходил Бог по земле, вот и ступил на этот камень и его остался след. А правда – неправда, я ж не знаю. Может, байка»16.

Сноски

  1. Во время гадания на Щедрец (Старый новый год) девушки ходили под соседские окна и говорили: «Щедрый вечер, добрый вечер! Заходить ли в хату?». Ответ: «Сядь на камень» сулил девичество.
  2. АИМЭФ (Витебский архив): Записал в 1997 г. Дмитриевич И.А. в д. Лариновка Оршанского р-на от Анашковой Г.В. 1914 г.р.
  3. Электронный Полесский архив: записала в 1983 г. Толстая С.М. в д. Жаховичи Мозырского р-на. Там же записан вариант: «Казалі, чалавек паехаў на Велігдзень [четверг на пасхальной неделе] араць да пасталі валы кменем да прінясла жунка бед [т.е. обед] да й азірнуласа ці чалавек багато нараў [напахал], дак і ана стала каменем, дак яны ўчатырох пакамянелі. Дак, кажуць, с тых валоў трохэ рогі відны, спіна вінно да ргі, а так ужэ вайшлі у землю. І цяпер, ка, вінно, ужэ ўродзе бу камення».
  4. Электронный Полесский архив: записал в 1987 г. Лагошняк О.В. в д. Забужье Любомльского района Волынской области.
  5. Записал автор от информанта в г.п. Смиловичи Червенского р-на.
  6. Записал автор от информанта родом из д. Косовка Березинского р-на.
  7. Записал автор от Сосновского Николая Даниловича 1934 г.р., в д. Гудовичи Червенского р-на.
  8. Записал автор от информанта в г.п. Смиловичи Червенского р-на.
  9. Записал автор от Василицкой Эмилии Антоновны 1931 г.р., родом из д. Лисицы Червенского р-на.
  10. Записал автор от Фундик Натальи Фёдоровны, родом из д. Подгорье Червенского р-на.
  11. Записал автор от информанта в г.п. Смиловичи Червенского р-на.
  12. Записал автор от информанта примерно 60-и лет в д. Чисти Вардамские Докшицкого р-на.
  13. Записал автор от Чулицкой Софьи Александровны, 1928 г.р., православная, родом из д. Варлань.
  14. Записал автор от Семеруковой Валентины Андреевны 1926 г.р., православная, родом из д. Гоголевка Чашницкого р-на. Теперь живет в д. Дукора Пуховичского р-на.
  15. Записал автор в 2010 г. от Ольги Владимировны Крот 1915 г.р. в г.п. Логойск Минского р-на.
  16. Записал автор в 2010 г. от Шутенко Марии Ивановны 1936 г.р. в г.п. Логойск Минского р-на.

Литература

  1. Казкі пра жывёл і чарадзейныя казкі / рэд. В.К. Бандарчык. – Мiнск: Навука і тэхніка, 1971. – 496 с.
  2. Казкі ў сучасных запісах / уклад. К.П. Кабашнікава, Г.А. Барташэвіч. – Мінск: Навука і тэхніка, 1989. – 663 с.
  3. Легенды і паданні / склад. М.Я. Грынблат і А.І. Гурскі; рэд. А.С. Фядосік. – Мiнск: Беларус. навука, 2005. – 552 с.
  4. Сацыяльна-бытавыя казкі / рэд. В.К. Бандарчык. – Мiнск: Навука і тэхніка, 1976. – 520 с.
  5. Трубачёв, О.Н. Труды по этимологии: Слово. История. Культура: в 4 т. (Серия: Opera etymologica. Звук и смысл) / О.Н. Трубачев. – М.: Языки славянской культуры, 2005. – Т. 2. – C. 636.
  6. Усачовайте, Э. Архаический обряд – либация у древних балтов в сопоставлении с данными славянской религии / Э. Усачовайте // Studia Mythologia Slavica. – T. 12. – Ljubljana, 2009. – С. 353–360.
  7. Чарадзейныя казкі: у 2 ч. / НАН Беларусі, Ін-т мастацтвазнаўства, этнаграфіі і фальклору; склад. К.П. Кабашнікаў, Г.А. Барташэвіч, рэд. выд. В.К. Бандарчык. – Мiнск: Беларус. навука, 2003. – Ч. 1. – 639 с.
  8. Чарадзейныя казкі: у 2 ч. / НАН Беларусі, Ін-т мастацтвазнаўства, этнаграфіі і фальклору; склад. К.П. Кабашнікаў, Г.А. Барташэвіч, рэд. выд. В.К. Бандарчык. – Мiнск: Беларус. навука, 2003. – Ч. 2. – 691 с.

Об авторе: Тимофей Вячеславович АВИЛИН (Минск), автор книги «Паміж небам і зямлёй: этнаастраномія», специалист в области ономастики.

Доклад был подготовлен для конференции «Таинственная Беларусь» (Минск) 22 января 2017 года.

Перевод с белорусского – Анна Шамрук.


Тимофей Авилин 07.09.2017
 
Если у вас есть дополнительная информация по этой публикации, пишите нам на ufocom@tut.by Подписывайтесь на наш телеграмм или вайбер каналы, чтобы всегда быть в курсе событий.
 
 
Как развивалась сибирская аномалистика?
Проекты 121
Как развивалась сибирская аномалистика?
В последний будний день сентября в Музее русского искусства (г. Москва) прошла восьмая «Необъяснимая встреча», на сей раз сорвавшая полный аншлаг. С докладом о Сибирской аномалистике перестроечных времен выступал Виктор Николаевич Фефелов, уже знакомый многим по своей активности в сфере исследований полтергейста.
Вышел сборник "Таинственная Беларусь IV"
Проекты 2
Вышел сборник "Таинственная Беларусь IV"
За последние два месяца издательство "Регистр" радует читателей уже второй книгой по конференциям "Уфокома". На этот раз вышел сборник четвертой по счету конференции "Таинственная Беларусь", прошедшей весной этого года в Национальной библиотеке.