Ночь в музее Ключевского

Свои «городские легенды» есть в почти любом населенном пункте нашей планеты. Кто-то считает их проверку излишней тратой времени и сил, кто-то – вообще невозможным делом, а кто-то – первостепенной задачей. Не всегда можно установить, кто, как и когда выпустил очередного информационного джинна, но почти всегда беспристрастное исследование заставляет взглянуть на мифы мегаполиса по-новому, и оброненное кем-то «а вы слышали, что…» превращается, как минимум, в «а вы знали, что…».

До сегодняшнего дня о привидении, якобы обосновавшемся в пензенском музее В.О. Ключевского, не было известно практически ничего, за исключением того, что… об этом знает каждый житель города. Ни всемирная паутина, ни книги не сообщали нам каких-либо подробностей, также «каждый житель» имел свое представление о том, что же происходит в музее. Тем интереснее было представителям сектора по изучению полтергейста при «Космопоиске» совместно с участником группы «НОЗП» принять приглашение «Пензы-Космопоиск» и разобраться в том, что же происходило или происходит в бывшем доме известного русского историка.

По воспоминаниям Елизаветы (сестры Ключевского), они купили «маленький домик, в котором протекала жизнь брата», в 1851 году. Как свидетельствуют архивные источники, дом этот никогда не принадлежал Ключевским. По духовному завещанию, в январе 1851 года он перешел к священнику Введенской церкви С.В. Филоретову. Однако последний, имевший уже собственный дом близ церкви, любезно предоставил дом на ул. Поповке осиротевшей семье так как ранее был близко знаком с родителями Василия Осиповича [5]. История дома связана далеко не только с именем одного В.О. Ключевского, который жил здесь не слишком долго (с 1851 по 1864 годы), да и сам дом ему не нравился. Если искать некое значимое событие, которое могло произойти в доме в прошлом и как-то отразиться на современности, то стоит упомянуть и о других его владельцах. Но, чтобы не согрешить против методологии, следует сказать, что ныне музей объединяет два дома по современной улице Ключевского (бывшей Поповке) – №66 и №68.

Дом-музей В.О. Ключевского. Слева д. 66, справа 68. Иллюстрация из «Пензенской энциклопедии» [6].
Дом-музей В.О. Ключевского. Слева д. 66, справа 68. Иллюстрация из «Пензенской энциклопедии» [6].
 

Согласно «Историко-архивным изысканиям на дома по ул. Ключевского», составленным А.И. Дворжанским, в доме 66 проживали: с 1838 – солдатская жена Катерина Зенвина, с 1846 – канцелярист Алексей Лебедовский, а затем солдатка Прасковья Афанасьева, которая завещала дом С.В. Филаретову, с 1851 – семья Ключевского, с 1864 – мещанка Екатерина Алексеевна Дехтерева (Дегтярева), с 1895 – вдова титулярного советника Лидия Николаевна Пеховская, с 1909 – вдова цехового Акилина Дмитриевна Кузнецова, с 1912 – крестьянин Иван Панфилович Домнин, с 1922 – дочь майора Софья Иринеевна Турнер.

Жильцами дома 68 были: с 1838 – казенный крестьянин Николай Подгораев, с 1877 – канонир Павел и мещанин Михаил Васильевич Швырев (?), с 1886 – вдова священника Марфа Петровна Крылова, с 1903 – дочери священника Елена и Мария Николаевна Крылова, с 1917 – Панкратий Яковлевич Царев.

План г. Пензы из атласа Российской Империи (1871 г.). Стрелкой отмечено местонахождение дома №68.
План г. Пензы из атласа Российской Империи (1871 г.). Стрелкой отмечено местонахождение дома №68.
 

Как видно из вышеперечисленного, В.О. Ключевский отнюдь не самая подходящая кандидатура для «призрака», гораздо дольше часть дома принадлежала, к примеру, «казенному крестьянину Николаю Подгораеву», который мог гораздо сильнее привязаться к своему обиталищу, как и другие многочисленные владельцы дома. Никаких данных о совершенных здесь убийствах, пожарах или прочих несчастьях обнаружить в архивах пока не удалось.

Недостаточно данных и о том, что ранее находилось на месте дома-музея. Известно, что рядом располагалась естественная природная возвышенность – гора Поповка, а также протекала река Шелаховка, за которой примерно в одном километре расположено Боголюбское кладбище (закрыто в 1931 году). Регулярная застройка бывшей Поповки началась на рубеже XVIII–XIX веков. Заселять эту территорию стали гораздо раньше, сразу после основания Пензы. В.О. Ключевский так описал улицу, на которой жил, в рассказе «Захолустные мелодии»: «от центра города отделена она действительно поднимающейся над ней горой, покрытой березовым редким лесом, который, по какой-то странной фантазии, врезывается чуть не в середину города, но, будто осознав, наконец, неуместность своей выходки, резко оканчивается у обрыва горы. Гора совершенно закрывает два ряда низких домиков… [5]». Изменения рельефа местности, в частности, горы, возвышенности, некоторыми исследователями рассматриваются как естественный фактор, обуславливающий проявление паранормального. Например, в белорусской мифопоэтической картине мира гора – локус, соединяющий небо, землю и тот свет [1]. Основание горы – мост между потусторонним и посюсторонним, участок с истончившейся тканью мироздания, пограничное место, где могут проявляться контакты с иномирьем. В различных религиях мира у подножья горы обитают злые духи [8]. В нашем случае все же этих общеизвестных фольклористам фактов для составления целостной картины явно недостаточно, очевидно, что явление обуславливают другие причины. Вся Пенза стоит на холмах, но количество фиксируемых здесь аномальных явлений не превышает аналогичного показателя в других городах.

Недалеко от этого места, на улице Нагорной (сейчас это улица Кураева) были расположены виселицы, на которых казнили участников Пугачевского восстания. А. В. Тюстин, краевед, утверждает, что после казни участников Пугачевского восстания их семьи ощущали присутствие духа умерших в своих домах. Некоторым приходилось приглашать священника, заказывать молебны в церкви и каждое утро начинать с молитвы об очищении дома от духа. По словам Александра Васильевича, «тех, кто поднимал бунт, вешали в центре города, рядом с Соборной площадью. Поэтому понятно, что почти в каждом доме, потерявшем своего кормильца, чувствовалось какое-то присутствие духа умершего человека. Может, сказывалось воображение вдов, но это ощущалось. Матери, вдовы и дочери погибших очень переживали, и само это переживание каким-то образом формировало сознание того, что в доме остался дух их кормильца. Чтобы избавиться от присутствия духов, семьи ходили в церковь и заказывали молебен отцу. Также был казнен последний пензенский воевода, и после этого каждое утро в его семье начиналось с молебна. Приходил священник и молился, чтобы освободить его дух [9]».

Фрагмент плана г. Пензы 1845 г. с отмеченным на нем домом, где проживала семья Ключевского.
Фрагмент плана г. Пензы 1845 г. с отмеченным на нем домом, где проживала семья Ключевского.
 

Владислав Юрьевич Самсонов, руководитель исследовательского клуба «Лабиринт», предоставил в наше распоряжение и данные, которые получил от своего знакомого. Эта история произошла в 1989 году, но не в самом музее, а рядом с ним, однако она также может свидетельствовать об «особости» этого места.

«Был яркий солнечный день. Мы с моим троюродным братом Алексеем и нашим общим знакомым Борисом шли в парк имени В.Г. Белинского по улице Ключевского. Поскольку автотранспорт там крайне редок, мы вышагивали прямо по проезжей части. Когда миновали музей В.О. Ключевского, то заметили идущих навстречу троих прохожих, одетых старомодно и явно не по сезону. Двое молодых людей (в возрасте около 20 лет) были в черных длинных плащах-накидках, из-под которых выглядывали белые воротнички. На голове у каждого широкополые шляпы, а в руках небольшие деревянные чемоданы. Первая мысль, пришедшая на ум: это какие-то семинаристы. Между парнями в центре шествовал мужчина лет шестидесяти. Из его одежды мне запомнилось только темно-коричневая рубашка-косоворотка. Мы с нескрываемым любопытством разглядывали незнакомцев, а они с неменьшим удивлением смотрели на нас. Когда разминулись, я высказал предположение: «Фильм что ли исторический снимают? Давайте спросим». Но, оглянувшись, мы опешили – улица была пустынной. За несколько прошедших секунд незнакомцы просто физически не смогли бы успеть забежать даже в ближайший двор. Случившееся нас настолько потрясло, что стало предметом долгих обсуждений [4]».

Заведующий музеем Александр Николаевич Плешков лично слышал от нескольких своих работников об их встречах с необычными явлениями. Участники нашей группы побеседовали с уже вышедшими на пенсию очевидцами по телефону. На сегодняшний день таких историй известно всего две, но происходили они в начале 90-х годов.

Первый случай имел место предположительно в 1994 году (январь-февраль). В то время в музее дежурили Лира Михайловна Яцунова и Мария Семеновна Лукичева. Лира Михайловна рассказала нам, что в тот злополучный день находилась в помещении охраны, примыкающем к большому залу. Был выходной день и никого из посетителей или работников внутри не находилось. Внезапно из выставочного зала №2 послышались отчетливые шаги. Кто-то возился там рядом с печкой. Охранницы переглянулись, на некоторое время замолчали, прислушиваясь к шагам, после чего не сговариваясь, выскочили на улицу.

Л.М. Яцунова в экспозиционном зале мемориального дома. Фрагмент фото из книги «Музей В.О. Ключевского» [5].
Л.М. Яцунова в экспозиционном зале мемориального дома. Фрагмент фото из книги «Музей В.О. Ключевского» [5].
 

Второй случай произошел также в 90-е годы, его фигурантом была Марина Демина, сторож музея. Вначале она услышала шаги из большого зала (Московского зала Ключевского), потом наступила тишина. Желая увидеть постороннего, но в то же время, побоявшись сразу открыть дверь, женщина заглянула в замочную скважину. Оттуда в нее кто-то с силой дунул. Об исправном несении своих обязанностей уже не могло быть и речи. Но никого постороннего в залах подоспевшая подмога не обнаружила...

На сегодняшний день охрана здания передана местному отделению полиции и узрев на экранах видеонаблюдения хоть черта с рогами, дежурные отнюдь не обязаны сообщать об этом начальству музея, так как не находятся у них в подчинении. К тому же это уже отнюдь не бабушки - божьи одуванчики, новое поколение охранников как каменным молотом отбивает материалистическим мировоззрением и табельным оружием любые мистические инсинуации и простыми призрачными уловками их не пронять. Были опрошены несколько из дежуривших в здании музея полицейских, и они отрицали какую-либо современную активность безнаказанно разгуливающего здесь ранее существа. Однако сообщили нам о другом месте в этой же области, где уже не один год творятся события куда как похлеще, но это уже совсем другая история.

При проведении замеров в музее был использован приборный комплекс, который позволил охватить довольно широкий диапазон электромагнитных волн – от крайне низких частот (КНЧ) до сверхвысоких частот (СВЧ) (от 5 Гц до 10 ГГц). Также была проведена радиометрия, составлена температурная карта помещения музея, а также замерены уровни инфразвука и инфракрасного излучения. Всю ночь осуществлялся непрерывный видеомониторинг не только через квадратор с 15 камерами, принадлежащих музею, но и через привезенную систему слежения (Saf-04ch01a start-3 + 4 HD DVR HD portable камеры), а также одну стационарную камеру (CVPU-DC15), которая срабатывала при появлении в ее поле зрения любых движущихся объектов. Невольными помощниками выступили и датчики движения, установленные администрацией. Замеры и наблюдения проводились с 19.00 7 декабря до 9.00 8 декабря 2013 года (или 14 часов подряд) в 11 музейных помещениях.

Камеры видеонаблюдения, установленные в музее.
Камеры видеонаблюдения, установленные в музее.
 

Радиометрия помещений, выполненная самодельным дозиметром (разработка группы «Аналит», собран на основе счетчика сбм-20, повторность десятикратная, погрешность однократного измерения – 30 %), показала, что радиационный фон находится в пределах нормы 12,3–18,9 мкР/ч (в Пензенской области фон в настоящее время составляет от 9 до 14 мкР/час). Инфразвуковой детектор МАК-14и (разработан в БНТИ) был задействован только 8 декабря утром. По результатам измерений источники инфразвука не были зафиксированы на момент замеров.

Полностью обесточить музей на ночь не представилось возможности по причине соблюдения техники пожарной безопасности. Основные замеры были выполнены на базе анализатора электросмога ME 3951A (работает на частотах 5 Гц–400 кГц, 2 Дб, точность ±2 %). Уровень электрического (В/м) и магнитного поля (нТл) был в норме, хотя и были отмечены небольшие превышения норм СанПиН (2.1.2.2645-10) в нескольких местах. Однако в среднем значения не выходили за пределы контрольных измерений, проведенных накануне в Москве.

План музея В.О. Ключевского (без помещений охраны), составленный по результатам поездки с нанесенными значениями некоторых измерений.
План музея В.О. Ключевского (без помещений охраны), составленный по результатам поездки с нанесенными значениями некоторых измерений.
 
Измерение уровней магнитного поля в помещении музея.
Измерение уровней магнитного поля в помещении музея.
 

После того как поступило сообщение от Л. М. Яцуновой о том, что она слышала шаги в музейном зале, где расположена печь, был задействован измеритель уровня электромагнитного излучения EMR-20 с антенной «8C» (частотный диапазон 100 кГц-3 ГГц, изготовлен компанией Narda). Интересно отметить, что внутри печи нами отмечены довольно необычные показания прибора: 1,20–1,80 В/м, что несколько отличалось от общего фона в помещении музея и излучения от проводки/освещения (0,55 В/м). Однако в целом по музею применение этого прибора было признано нецелесообразным из-за обилия электроприборов.

Температурная карта выявила наиболее холодные помещения – это два экспозиционных зала у центрального входа (измерение проводилось в трехкратной повторности инфракрасным пирометром ADA TemPro 300, точность которого ±1,5 °С). При составлении температурной карты помещения случайно наше внимание привлекла картина Ю. Мальцевой «Входите тесными вратами» (2012). При измерении градиента температур между изображенной на полотне женщиной и окружающими ее объектами (в том числе и идентичными по цвету) было отмечено, что температура фигуры отличается от окружающего пейзажа на 2 °С. Это было характерно для всего контура женщины, то есть общий фон картины составлял 22 °С, а фигура, – 24 °С, соответственно. Казалось бы, это должно вытекать из того, что химический состав краски влияет на теплоотдачу (некоторые краски хорошие теплопроводники, некоторые – не очень). С другой стороны цвет также влияет на нагрев поверхности (см. табл.). И в то же время Владимир Кукольников, член Творческого Союза Художников России, руководитель группы «Пенза-Космопоиск», сомневается в том, что именно эти факторы привели к наблюдающемуся нами явлению, из-за того, что окружающий женщину фон совпадает по цвету с ее контуром. К тому же каждая краска хоть и имеет различную теплопроводность, но когда их смешивают (использовать их чистыми из тубы – дурной тон), то смеси должны иметь примерно одинаковую теплопроводность.

       Новоприобретенная музеем картина Ю. Мальцевой «Входите тесными вратами» (2012) и измерение ее температуры инфракрасным пирометром.
Новоприобретенная музеем картина Ю. Мальцевой «Входите тесными вратами» (2012) и измерение ее температуры инфракрасным пирометром.
 
RAL
Тон
Max T (°C)
1004
Жёлтый
50
1007
Жёлтый с хромом
51-55
1015
Светлая слоновая кость
49
2002
Кроваво-оранжевый
55-61
3000
Огненно-красный
55-63
3003
Рубиновый
67
5007
Брильянтово-голубой
75
5010
Темно-синий
67-72
6011
Ярко-зелёный
61-70
7001
Серебристый
61-70
7011
Стальной
68-71
7031
Синевато-серый
61-76
8003
Сиена (охра)
63-74
9001
Белый
40
9005
Чёрный
77-80

Таблица проникновения температуры в древесину при температуре воздуха примерно 20 °C и температуры поверхности макс. 70 °C [2].

После того, как картина была снята и переставлена в другое место, обнаружилось, что указанный эффект на ней исчез, но температура стены на месте фигуры также отличается от остальной ее части на те же 2 °С. Феномен требует дальнейшего осмысления, пока можно предположить, что он мог возникнуть из-за того, что картина повешена недалеко от батареи центрального отопления и тепло, идущее от нее, распределяется по микроландшафту картины неоднородно, в зависимости от состава, консистенции и толщины слоя краски. Вероятно, эти тепловые участки нагревают и стену за холстом. Возможно также эффект вызван скопившимся за холстом тёплым воздухом от батареи, но почему именно в одном месте? По логике, тёплый воздух должен был концентрироваться в верхней части картины, а фигура находится скорее внизу композиции, тем более батарея относительно картины находится со значительным смещением влево. С другой стороны, если рассчитать действительные значения измерений с учётом передела допустимой абсолютной погрешности прибора, то при показании 22 градуса, мы получаем действительное значение, которое со 100% вероятностью будет лежать в пределах 20,5–23,5 °С. То есть измеренное значение 22 °С, согласно основам метрологии [7] может равняться в реальности 23,5°С. Также как для измерения 24 °С. Действительное значение лежит в пределах 22,5–25,5 °С. Другими словами разница слишком маленькая. Оба измеренных значения в действительности могут быть одинаковы по значению. Перспективным представляется использование тепловизора для проверки этих предположений.

На рисунке видно, что цвет одеяния женщины и двери практически совпадает, однако температура у них различная, в том числе и на одном уровне.
На рисунке видно, что цвет одеяния женщины и двери практически совпадает, однако температура у них различная, в том числе и на одном уровне.
 

Иные приборы (индикатор электромагнитных полей «Импульс» компании «Соэкс» (диапазон измерения до 2 кГц), детектор микроволногового излучения DVMEMF (фирмы Velleman), детектор низкочастотного ЭМП и ИК-излучения (разработка группы «Аналит), широкополосный цифровой детектор-измеритель высокочастотного поля и СВЧ излучения ITNS-D201 (диапазон частот 50 Гц–10Ггц) и другие), задействованные нами в различных помещениях, показали, что никаких существенных превышений норм СанПиН (2.1.2.2645-10) в музее не наблюдается. Остался, правда, неохваченный нами диапазон сверхвысоких- крайне- и гипервысоких частот (20-6000 ГГц), но то, что именно там можно было зафиксировать аномальную активность, маловероятно. Результаты исследований, проведенных в секторе по изучению полтергейста при «Космопоиске» показывают, что перспективной для измерений представляется именно область крайне низких частот (до 30 Гц).

В результате проведенных приборных исследований, а также тщательного изучения имеющейся информации о вероятной паранормальной активности в музее Ключевского, можно сделать вывод о том, что в настоящее время объект практически не представляет интереса в плане изучения его аномальной составляющей. Странные звуки, которые были соотнесены очевидцами с шагами, фиксировались здесь всего несколько раз, спустя 2–3 года после открытия музея (около 20 лет назад). В дальнейшем ночные дежурства на объекте стали нести сотрудники полиции, которые утверждают, что ничего странного в здании не происходило. Некоторые немногочисленные факты могут являться доказательством того, что здание музея расположено в особом месте (подножье горы, возвышенность), в котором с точки зрения сакральной географии и народным представлениям ткань пространства-времени может истончаться в определенные периоды. Однако только этого явно не достаточно для установления причин вероятной аномальной активности. Вероятнее всего комплекс благоприятных факторов для возникновения отмеченных криптофизических процессов и явлений сложился в начале последнего десятилетия XX века, когда по всей территории бывшего СССР прошел фляп аномальных явлений и, возможно, более уже никогда не повторится. В ходе экспедиции нами также были собраны свидетельства очевидцев о наблюдении различных неидентифицированных фигур, а также странном поведении техники в других районах города и области, что может являться предпосылкой для новых выездов. В свете вышеизложенного, представляется, что, очередная городская легенда, связанная с музеем Ключевского, приказала долго жить.

Выражаем благодарность заведующему музеем Ключевского Александру Николаевичу Плешкову, Владимиру Алексеевчиу Кукольникову, руководителю группы «Пенза-Космопоиск», а также Владиславу Юрьевичу Самсонову, руководителю исследовательского клуба «Лабиринт» за всестороннюю помощь в проведении исследований.

Литература

1. Васильева Т. Ю. Ойконимы белорусского поозерья – репрезентаторы ландшафтного кода культуры // Весцi БДУ. №2, 2012. С. 66.

2. Влияние цвета на нагревание поверхности [Электронный ресурс] Код доступа: http://www.zaorysin.com.ua/articles/article01.htm.

3. Дворжанский А.И. Историческая записка. Т. 1. Историко-архивные изыскания на дома по ул. Ключевского. Пенза, 1989. С. 50-51, 55-56.

4. Еленин В. Ушедшие в неизвестность // Наша Пенза. №35 (1067). 2009. С. 19.

5. Музей В.О. Ключевского. Пенза: Пензенский государственный объединенный краеведческий музей, 1993. С. 3–4, 19.

6. Пензенская энциклопедия. Москва. Научное из-во: Большая российская энциклопедия, 2001. С. 357.

7. Саламатов Г.П., Попова Е.В. Основы метрологии и измерения электрических величин. – Братск: БрГТУ, 2002. 90 с.

8. Топоров В.Н. Гора // Мифы народов мира: Энциклопедия. М., 1980. Т. 1. С.311–315.

9. Малкова М. Охотники за привидениями. Исследователи ищут призраков в пензенском музее // SMARTNEWS [Электронный ресурс]. Код доступа: http://smartnews.ru/regions/penza/14109.html. 20 декабря 2013.


Илья Бутов, Георгий Федоровский 22.12.2013
 
 
Вторая "Необъяснимая встреча"
Мероприятия 17
Вторая "Необъяснимая встреча"
14 июня в "Белом лофте", расположенном в московском парке Сокольники, прошла вторая по счету "Необъяснимая встреча" или, говоря простым языком, общение в неформальной обстановке на заранее обговоренную с гостями "таинственную" тему. На этот раз  спикерами были координатор Проекта "Уфоком" Илья Бутов и руководитель "НОЗП" Георгий Федоровский и обсуждали они такое явление, как полтергейст.
О грустном...
НЛО и АЯ 30
О грустном...
Ранним утром 18 мая 2017 года после тяжелой продолжительной болезни в возрасте 51 год ушел из жизни Вадим Александрович Чернобров – бессменный на протяжении 20 лет руководитель и идейный вдохновитель общественного объединения "Космопоиск", которое давно уже, благодаря его усилиям, переросло в международное движение. Это скорбное известие оказалось абсолютно неожиданным для многочисленных членов объединения.