Сложные средовые реакции, как новая концепция для описания спонтанных «паранормальных» явлений

Полтергейст – это нелокальный эффект, порожденный квантово-механической запутанностью психофизической системы, который можно прекратить тщательным наблюдением за ним

Как правило, паранормальные явления не рассматриваются как научные факты. Вопреки проводимым сто лет научным исследованиям, как полевым, так и экспериментальным, научное сообщество все еще не определилось с окончательным решением о том, существуют ли вообще паранормальные явления. Некоторые утверждают, что парапсихология мертва (Bauer et al. 1981; Bauer and Lucadou 1991; Hergovich 2001; Lucadou 2001; Hyman et al. 2009; Mahner 2010), другие полагают, что существование таких явлений является теоретической необходимостью (Josephson 1979).

В этой статье мы пытаемся доказать, что паранормальные явления следует рассматривать не как отдельные феномены, а как сплошную среду сложных средовых реакций (ССР), начиная от чисто «внутренних» психосоматических заболеваний и заканчивая «внешними» так называемыми «полтергейстными»1 потрясениями или от рациональных прогнозов до предчувствий или «вещих снов». Кроме того, несколько так называемых «заболеваний» окружающей среды, таких как синдром множественной химической чувствительности МХЧ), являются специфическими случаями ССР.

Также по теме
Экстрасенсорные способности и изучающая их парапсихология до сих пор не признаются официальной наукой, но это отнюдь не мешает проводить исследования пси-способностей на научной основе, чем успешно занимались и занимаются сотрудники во многих известных университетах: в Стэнфорде, Гарварде, Кембридже, Принстоне, Беркли, Лондоне, Хертфордшире, Эдинбурге и других. В ОНИОО "Космопоиск" в 2009 году также возникло подобное исследовательское направление. Вашему внимание представляется статья, основанная на докладах членов объединения, прозвучавших на XXXV Зигелевских чтениях (Москва, ноябрь 2009 г.).

Общей чертой всех типов ССР является то, что они не могут быть описаны только на основе физики или психологии, но что они являются свойствами (социально-)психофизических систем и, следовательно, содержат Декартов разрез, а именно границу между физическим и психологическим описанием системы.

Психический феномен как корреляция запутанности

К спонтанным переживаниям нелегко подойти экспериментально. Поэтому удивительно, что, несмотря на запутанность таких ситуаций, удалось, начиная с работы Дж. Б. Райна, операционализировать экстрасенсорное восприятие (ЭСВ) и психокинез (ПК) (Bauer and Lucadou, 1988). В основном случайным испытуемым было поручено угадывать либо хаотичные последовательности символов с помощью ЭСВ, либо влиять на физический случайный процесс (например, радиоактивный распад) посредством собственной воли (ПK).

Здесь не приводятся подробности таких экспериментов по причине отсутствия достоверных сведений. Конечно, любой, кто знаком с психологией, не ожидает, что измеренные воздействия покажут эффекты огромного масштаба, потому что инструкции по тестированию весьма неясны, не говоря уже о вопросе о соответствующих талантов испытуемых (см. Storm and Ertel 2001), и по этой причине будут ожидаться проблемы с повторением таких экспериментов.

По крайней мере, первоначально, некоторый мета-анализ (см. Radin and Nelson 1989), казалось, предполагал, что ЭСВ и ПK являются устойчивыми эффектами. В частности, серия экспериментов, проведенных в Принстонском университете, казалось была «водостойкой» (Jahn 1981). Однако два детальных повторных исследования, которые были проведены во Фрайбурге и Гиссене, показали крайне неутешительные результаты (Jahn et al., 2000). Последующая публикация в Психологическом бюллетене (Bösch et al. 2006) показала результат, который почти полностью исключил «паранормальный» сигнал или передачу энергии. Это может быть показано на так называемом воронкообразном графике, где стандартизированный размер эффекта паранормального явления (здесь под ним подразумевается психокинез) сопоставляется с количеством отдельных испытаний (рис. 1). Размер эффекта для экспериментов с большим количеством испытаний (n) асимптотически приближается к значению статистического ожидания 0,5. Для любого значительного «эффекта психокинеза», содержащего «ПK-сигнал», можно было бы ожидать асимптотического подхода к ожидаемому значению, отличному от 0,5.

Рис. 1. Воронкообразный график мета-анализа экспериментов по психокинезу
Рис. 1. Воронкообразный график мета-анализа экспериментов по психокинезу
 

Означает ли это, что вопрос о паранормальных явлениях окончательно решен, как надеются некоторые скептики? Ответ на самом деле гораздо интереснее, о чем свидетельствует жаркая полемика (см. Hyman et al. 2009, см. также polemical representation of Mahner 2010). На самом деле, это зависит от того, как интерпретируются экспериментальные результаты парапсихологии. Если модель сигнала будет отброшена и вместо этого будут рассмотрены психические эффекты в соответствии с общей квантовой теорией (ОКТ) (Atmanspacher и др. 2002) и «моделью прагматической информации» (МПИ; Lucadou 1974, 1984, 1987, 1989a, b, 1991a, 1995a, b) как корреляции запутанности в макроскопических психофизических системах, то возникает естественное объяснение результатов эксперимента. Термин «запутанность», используемый здесь, не обязательно идентичен термину, используемому в физике (см. примечание 2).

Если предположить, что эффекты создает не-передача сигнала (метод конечных элементов, МКЭ), а корреляции запутанности, то NT-аксиома (Lucadou et al. 2007) заставляет размер эффекта E уменьшаться с числом испытаний (n). В простейшем случае:

 
следует исходить из наименьших требований: конечно, возможны более сильные снижения.

Если модель учитывается при статистическом анализе вышеупомянутого мета-анализа, то данные показывают весьма значительный эффект (p<10-38). При нулевой гипотезе такого отклонения от вероятности не ожидалось бы (Timm 2007; Таблица 1).

 

Сплошные кривые линии, изображенные на рис. 1, показывают теоретический эффект снижения:

 

Удивительно, что данные довольно разнородного набора из 380 исследований почти идеально соответствуют этому требованию. Представляется правильным говорить о фальсификации сигнальной модели (МКЭ), но не о «смерти парапсихологии»2. Для дальнейшей оценки следует также учитывать «эффект перемещения» (displacement effects).

Декартов разрез

Рисунок 2 иллюстрирует различие между ментальным (res cogitans) и физическим (res extensa), то есть так называемым «декартовым разрезом». Это разграничивает вопрос о том, как можно описать взаимодействия между ментальными и физическими сущностями. Кроме того, он показывает так называемый «разрез Гейзенберга», который по существу описывает различие между онтическим и эпистемологическим описанием области исследования. Это различие (Primas 1992, 1995, 1996) учитывает, что любое физическое измерение «создает» эпистемологический «объект». Конечно, было бы философски неправильно предполагать, что мир не существовал до того, как произошло измерение. Это называется эндофитным описанием мира.

Рис. 2. Декартов разрез и разрез Гейзенберга
Рис. 2. Декартов разрез и разрез Гейзенберга
 

Ясно, что эксперименты с ПК нельзя просто интерпретировать как взаимодействие между ментальной и физической частью мира, потому что это означало бы, что ментальное описание включает в себя физическую категорию, такую как физическая сила или энергия. Предположение о том, что разум обладал бы физической силой, никоим образом не решило бы проблему, потому что снова возникнет вопрос, как и где происходит декартов разрез. Определенные ментальные области тогда обладали бы только конкретными физическими свойствами и фактически принадлежали бы физическому миру. Однако, если мы согласимся с тем, что здесь не задействована «ментальная сила», а только корреляция запутанности между ментальной и физической частью системы, становится возможным новый подход. Внутренняя часть области исследования содержит две «подчасти». А именно бессознательные психические «объекты» психической части и неизмеренные «физические объекты» физической части. Поскольку обе «части» не зарегистрированы, термины «объекты» и «часть» не могут быть применены в строгом смысле и заключены в кавычки. Обе «части» нельзя увидеть операционально и поэтому могут быть запутаны и все еще способны поддерживать корреляции запутанности внутри экзосферы, в зависимости от наблюдения. Эндосфера может быть идентифицирована как общая основа психического и физического, таким образом, не было бы декартова разреза. Распределение области исследования в этих трех сферах не означает, что мир должен быть разделен на три части, скорее, они составляли единую организацию, но без такой классификации его нельзя было бы описать полезным способом.

Подвижность Декартова разреза

С этой точки зрения становится очевидным, что различие между ментальной и физической частью мира не определяется уникальным образом, оно зависит от разделения, которое наблюдатель реализовывает практически или «подготавливает» путем измерения, либо как ментальное, либо как физическое свойство. По крайней мере, в ментальной области это общепринято, поскольку ясно, что ментальное представление о мире представляет собой довольно субъективистский взгляд, содержащий в основном квалиа3, которые по определению не могут быть объективированы. Таким образом, в клинической психологии известно, что схема тела пациентов, страдающих булимией4, не соответствует «реальным» физическим пропорциям их тела. Более нетрадиционный аспект этой точки зрения заключается в том, что это может быть справедливо и для физической части мира. Также может не существовать четкой разграничительной линии того, что можно считать «физическим».

Также по теме
13 ноября в Музее Русского Искусства состоялась девятая "Необъяснимая встреча", спикером на которой был известный исследователь, психиатр, доктор медицинских и кандидат технических наук, настоящий "возмутитель спокойствия" нескольких предыдущих дискуссий – Андрей Гендинович Ли.

Исходя из нашего феноменологического подхода, принятого здесь, кажется, что Декартов разрез не определен в целом, а зависит от психологической и физической ситуации. Это больше напоминает размытую пограничную область, внутри которой невозможно провести четкое различие между психологическими и физическими объектами. По-видимому, существует определенная подвижность – или, лучше сказать, «подвижность» Декартова разреза, аналогичная подвижности разреза Гейзенберга (рис. 1), который также является подвижным, поскольку он зависит от вида и разрешения квантово-физического измерения (одетые объекты). Предполагается, что внутри этой «сказочной» области существует своего рода макроскопическая неопределенность, которую невозможно растворить или уменьшить. По-видимому, существует континуум между психосоматическими реакциями человека, которые могут зависеть от физических структур вне человека, и внешних физических явлений, которые, однако, зависят от психологических структур человека. Или, другими словами: психосоматическая реакция может происходить внутри и снаружи тела, а также на его поверхности, так что физические явления возникают из чисто психологических условий и наоборот. Запутанные психофизические системы могут создавать самоорганизующиеся организационно замкнутые системы, которые пересекают декартов разрез в соответствии со своими собственными требованиями и задачами для поддержания стабильности систем.

Следует отметить, что целью данной статьи не может быть эмпирическое исследование, которое «доказывает» представленную теоретическую модель. Это всего лишь результат феноменологического анализа сотен реальных случаев, в которых клиенты обращались в «Парапсихологический консультационный кабинет» во Фрайбурге. Этот проект, который существует уже более 20 лет, помогает людям справляться с необычными или «паранормальными» явлениями (Lucadou 2003). У автора сложилось впечатление, что обычный способ обозначения этих переживаний как «паранормальных», или как «иллюзорных», или даже как «психотических» не дает никакого понимания или помощи заинтересованным лицам. Это правда, что до сих пор существует лишь небольшое количество систематических исследований в этом отношении (Lucadou and Zahradnik 2005; Zahradnik 2007), и поэтому нижеприведенное не должно рассматриваться как простое предположение. Действительно, этот новый взгляд на феноменологию оказался очень успешным на практике. Именно по этой причине он представлен здесь.

Феномен полтергейста как специфическая форма запутанности

Несмотря на странность и редкость явлений полтергейста (см. примечание 1), существует ряд повторяющихся паттернов, что указывает на то, что, по-видимому, существует реальный и отчетливый социально-психофизический феномен (Huesmann and Schriever 1989). По сути, сообщается о необъяснимых шумах, объектах, движущихся странным образом, объектах, исчезающих из закрытых помещений или контейнеров и возвращающихся в них, и т. д. Многие из этих событий, по-видимому, связаны в пространстве и времени с подростком, агентом полтергейста или фокальным лицом. Феноменологический анализ (Lucadou 1983, 1989a, b, 2000) демонстрирует специфические временные закономерности, а именно четыре различные фазы: неожиданности, смещения, спада и подавления. Как правило, начало явлений в фазе неожиданности совершенно непредсказуемо, и они развиваются драматически. До тех пор, пока вовлеченные лица верят, что события вызваны внешними факторами, такими как кто-то, кто их обманывает, импульсы в электрических цепях, протекающие трубы и т.д., явления усиливаются и перерастают в реальные проявления. Причастные лица чувствуют себя все более небезопасно и пытаются найти внешнюю помощь, например, у полиции, пожарных или в учреждениях, которые могут оказать техническую помощь. Таким образом, эти явления привлекают широкое внимание. Во многих случаях есть ряд уважаемых, надежных и независимых свидетелей, которые чувствуют себя совершенно беспомощными в отношении причин явлений.

За этим следуют первые подозрения о том, что может происходить что-то «сверхъестественное». Безусловно это освещается в таких средствах массовой информации как газеты, радио и телевидение. В зависимости от социокультурного фона эти явления могут быть отнесены к фантомам, духам, покойникам, ведьмам, полтергейстам и парапсихологическим способностям. Довольно часто предыдущая фаза предчувствий уже приписывала феномены одному или нескольким лицам и сочетала общее отчаяние и беспокойство с любопытством. Во время этой фазы «смещения» интерпретация явлений смещается с внешних источников на внутренние. То же самое смещение происходит и в самих явлениях. Проявляются новые типы событий, приходящие на смену тем, которые стали привычными. Журналисты, жаждущие сенсаций, самозванцы «парапсихологи» или «экзорцисты» будут досаждать тем, кто в этом замешан. К внешнему любопытству добавляется все более сильное стремление воспроизвести явления, которые все еще убедительно подтверждаются первоначальными очевидцами.

Заключительной фазой случаев полтергейста является подавление. Данные случаи более или менее открыто обсуждаются как мошенничество, вовлеченные люди и свидетели часто подвергаются насмешкам и дискриминации в средствах массовой информации, свидетели могут даже отрицать (в суде) свои предыдущие заявления, публикуются разоблачающие статьи. Начинается процесс социального подавления: «заговор с целью скрыть это», как выразилась Фанни Мозер (Moser 1977, с. 30).

В попытке описать психологические аспекты явлений полтергейста Бендер (1974) указал, что явления полтергейста следует понимать как бессознательную мольбу о помощи. Характер этих явлений агрессивный, регрессивный и часто атавистический. Психодиагностическое исследование сосредоточенных людей (Mischo 1970) показало ряд общих характеристик: фактические конфликты, психологическая лабильность, кратковременная, но сильная раздражительность и низкий уровень терпимости к разочаровывающим событиям. В нашем собственном феноменологическом анализе (Lucadou and Zahradnik 2004) мы обнаружили, что случаи полтергейста включают в себя в основном следующие факторы:

  1. Неосознанные и невыясненные проблемы фокального лица;
  2. Высокая степень экстернализации фокального лица;
  3. Высокая степень диссоциативности личности фокального лица;
  4. Фокальные лица находятся в добром здравии и не склонны к психосоматическим реакциям;
  5. Социальная группа, которая «наблюдает» за явлениями;

Приведенное выше описание может быть проиллюстрировано следующим письмом клиента по электронной почте.

«Я верю, что могу сделать удачное сообщение о том, что полтергейст исчез. Моим первым предположением после нашего телефонного разговора было то, что я не нравлюсь дому, и дом не нравится мне.... Но поскольку явления не исчезли, я подумал, что это не может быть проблемой, и, кроме того, это было бы известной проблемой.
Когда я просмотрел свои записи, я обнаружил, что все предметы, которые были уничтожены, имели отношение к моей матери. Чтобы объяснить это, я должен сказать, что у нас с мамой очень близкие отношения. Ни с одним другим человеком я никогда не сталкивался с тем, что линия была занята, когда я пытался дозвониться до нее, потому что она тоже пыталась дозвониться до меня...
Первое явление полтергейста произошло в ночь после Дня матери в этом году; кто-то пнул меня в постели. В этот момент я подумала: «Мама помоги мне». В ту же ночь ваза на столе разбилась на четыре части. В ней были цветы для нее. На фотографии, которая отскочила от меня, была запечатлена мамина собака, упавшие горшки с цветами и шкаф, принадлежащий ей. Мраморный стол, который сломался при наклоне книжной полки, тоже имел отношение к моей матери.
В течение этих дней у нас было достаточно времени, чтобы поговорить друг с другом, и мое ощущение, что в последние месяцы ей было нехорошо, подтвердилось. В прошлом году она пыталась покончить с собой и сказала мне, что была в отчаянии. Она пыталась переехать к нам, но не видела возможности сделать это. Теперь мы пытаемся найти для нее дом и так далее.
[…]
Я скорее уверен, что это было решение, и если вы сейчас спросите, почему я не нашел его раньше, я не знаю, но это было так очевидно!
Я хочу вас очень поблагодарить, потому что без вашей помощи я никогда не думал о такой возможности (Письмо было переведено с немецкого)»

Этот случай иллюстрирует несколько характеристик ВСПК. Бессознательная проблема: проблемы матери, которые не были осознаны дочерью; экстернализация: убеждение в том, что дом является причиной явлений; организационная закрытость: близкие (симбиотические) отношения между матерью и дочерью, символическое значение (прагматическая информация) объектов, которые демонстрировали странное поведение, и, наконец, озарение как реакцию на прагматическую информацию.

Таким образом, динамику ВСПК можно описать как динамику прагматической информации внутри иерархически вложенной, организационно закрытой социально-психофизической системы, которая создается вовлеченными в нее людьми (фокальные лица, наивный и критические наблюдатели) и, наконец, реакцией общества.

Главное преимущество этого системно-теоретического подхода состоит в том, что нет необходимости подробно проверять реальность каждого явления, поскольку существенные взаимодействия между вовлеченными лицами и явлениями не обязательно должны быть паранормальными, а также справедливы для бессознательных манипуляций (см. ниже).

Согласно МПИ, компоненты прагматической информации в случаях полтергейста альтернативно определяются двумя задачами. Первая задача – это внутренняя цель организационно закрытой системы произвести эффект, привлекающий внимание социальной группы фокального лица. Вторая – это внешняя цель социальной группы подготовить организационно закрытую систему. Внутренняя цель влияет на сочетание новизны и подтверждения, в то время как внешняя подготовка системы влияет на автономность и надежность системы. Только автономные системы могут создавать новизну, необходимый компонент для того, чтобы явление было оценено как аномальное или удивительное. Однако, чтобы сохранить автономию системы, она не может быть подготовлена таким образом, чтобы все было определено. Система «может вести себя так, как ей заблагорассудится» только до тех пор, пока за ней не будут наблюдать с особой тщательностью. Предопределенная система теряет свою автономию, и из-за этого она также теряет способность быть уникальной. По этой причине полтергейст, который может надежно производить ВСПК в течение длительного периода, должен быть действительно очень «сильным», что означает высокую степень запутанности. Таким образом, структура ВСПК регулируется очень фундаментальным допущением ОКТ, которое предполагает, что взаимодополняемость автономии и надежности проистекает из еще более фундаментальной взаимодополняемости структуры и функции. Анализ свидетельских показаний о случаях полтергейста (Huesmann and Schriever, 1989) фактически показал, что эти отчеты содержат два фактора, которые можно обозначить как «структура» и «поведение».

Эти факторы сохраняются даже в том случае, если иметь в виду нескольких наблюдателей за случаем полтергейста. Кроме того, этот результат показывает, что структура и функция на самом деле являются двумя категориями самого полтергейста, а не просто относятся к его описанию. Более того, эмпирически можно проверить еще одно предсказание МПИ, а именно своего рода «соотношение неопределенности» между «размером эффекта явлений» и «качеством их документации»:

Эффект-Размер Явления * Качество его документирования < Запутанности

Это означает, что существует своего рода макроскопическая неразрешимость: с помощью какой-либо процедуры невозможно решить, является ли причиной инцидентов в случаях ВСПК реальный нелокальный эффект или (бессознательная) манипуляция. Все фокальные лица недоверчивы, и они склонны каждого подозревать в чем-либо. Их свидетельства и признания вызывают сомнения. Тем не менее, сообщалось о многих ситуациях, в которых манипуляции крайне маловероятны. Но, как мы будем утверждать ниже, на практике это не очень важно. Как мы утверждали выше, феномены ВСПК в основном являются подсознательным действием фокального лица, которое можно сравнить с психосоматической реакцией в его или ее окружении. Однако в проекте парапсихологического консультирования мы обнаружили несколько случаев, которые не соответствовали этому предположению. Некоторые люди страдают от активности ВСПК, но, по-видимому, никакой бессознательной проблемы нет. Это, однако, не является жестким критерием, потому что никогда нельзя гарантировать, оправдано ли это предположение. В этих случаях фокальное лицо кажется гораздо более пассивным, например, очень часто это человек, страдающий депрессией и не способный контролировать что-либо в своей жизни, а также в своем окружении (сравнимо с синдромом хронической усталости (СХУ), см. ниже). Это противоположно фокальному лицу при активном ВСПК, когда создается впечатление «кипящего котла», который готов взорваться, и явления являются всего лишь «взрывом».

С пассивными инцидентами все происходит противоположным образом. Мы называем это пассивным ВСПК. В целом, он не обладает четырехфазной характеристикой и больше относится к отдельным людям, чем к группе. Системный контроль описывает, как организационно закрытая система «контролирует» себя посредством взаимодействия с окружающей средой. В активном случае фокальное лицо служит «господином», а окружающая среда – «рабом». В пассивном случае все как раз наоборот. Фокусированная персона не способна ничего контролировать и больше не способна стабилизировать свой мир. Человек с активным фокусом, напротив, даже чрезмерно контролирует свое окружение, что приводит к макроскопическим случайным флуктуациям, т.е. явлениям ВСПК.

Здесь мы предполагаем, что каждый человек при нормальных обстоятельствах подсознательно «контролирует»5 свое окружение, чтобы стабилизировать его. Это означает, что случайные колебания, которые слишком велики, подавляются. Фундаментальным допущением МПИ является то, что наблюдение, а также ненаблюдение являются различными компонентами системы.

Запутанность поддерживает постоянный контроль над окружающей средой

В крупномасштабном психофизическом ПК-эксперименте, который должен иметь дело с декартовым разрезом, действительно можно было бы продемонстрировать, что запутанность играет важную роль во взаимодействии людей с их физической средой. Причинно-следственные связи и взаимосвязи можно было бы сравнить друг с другом. Из результатов можно предположить, что причинные и непричинные взаимодействия поддерживают друг друга для обеспечения оптимальной адаптации между организационно закрытыми системами и их средой. Саммерхаммер (2006) дал хорошее компьютерное моделирование для этой гипотезы. Эксперимент (Lucadou 2006) был концептуальным воспроизведением двух более ранних экспериментов (Lucadou 1986, 1991b), которые демонстрируют корреляции запутанности между квантово-физическим случайным процессом и определенными психологическими переменными людей-наблюдателей. В этом исследовании нажатия на кнопки использовались в качестве психологических переменных. Нажатия на кнопки выполнялись испытуемым левой или правой рукой, чтобы «контролировать» (в соответствии с инструкцией) случайный процесс, который можно было наблюдать на дисплее. Каждое нажатие кнопки запускало следующее случайное событие, которое, однако, на самом деле не зависело от нажатия кнопки. Исследование состоит из трех независимых наборов данных (n=386), которые были получены с помощью почти одного и того же аппарата в трех разных экспериментальных ситуациях. Первый набор данных служит эталонным. Это был автоматический контрольный запуск без испытуемых. Второй набор был подготовлен в основном испытуемыми, которых попросили принять участие в парапсихологическом эксперименте, и они специально для этой цели посетили «Кабинет парапсихологического консультирования» во Фрайбурге. Большинство из них были высоко мотивированными людьми, которые хотели проверить свои «паранормальные способности». В этом случае количество запусков может быть выбрано испытуемыми до начала экспериментальной сессии. Третий набор данных (того же размера) был собран во время двух публичных выставок (в Базеле и во Фрайбурге), где посетители имели возможность принять участие в «ПK-эксперименте». В этом случае количество испытаний и запусков было зафиксировано заранее, но продолжительность эксперимента зависела от скорости нажатия кнопок. Полученные результаты подтверждают результаты предыдущих исследований. Особый способ, которым испытуемые нажимали на кнопки, очень сильно коррелирует с независимым случайным процессом. Эта корреляция проявляется для мгновенно сгенерированных случайных событий, а также для предыдущих и последующих запусков во время экспериментальной сессии. В строгом смысле только корреляции с будущими случайными событиями могут быть интерпретированы как нелокальные корреляции. Структура данных позволяет сделать вывод, что все наблюдаемые корреляции можно рассматривать как корреляции, способствующие лучшей адаптации, и что причинно-следственные связи не являются более сильными или важными, чем нелокальные. Количество взаимосвязанных корреляций было значительно выше для группы с высокой мотивацией (набор данных 2), чем для невыбранной группы участников демонстрации (набор данных 3). Последние, однако, не были полностью неудачными: подгруппа, продемонстрировавшая «инновационное» поведение, также продемонстрировала значительные корреляции запутанности. Далее можно было бы показать, что структура матрицы взаимосвязей-корреляций нестабильна во времени и изменяется при повторении эксперимента. Этот вывод является предсказанием ОКТ и следствием NT-аксиомы. По сравнению с предыдущими корреляционными экспериментами, снижения величины эффекта не наблюдалось. Эти результаты согласуются с прогнозами ОКТ и МПИ. Нелокальные корреляции не могут рассматриваться как причинно-следственное влияние (в смысле ПК-влияние) и, таким образом, подтверждают результаты метаанализа, представленного выше. Опять же, эти результаты подтверждают предположение, которое уже упоминалось в ВСПК-случаях, о том, что в случае депрессии человек все больше и больше теряет контроль над коллективной замкнутой средой, что также может проявляться в колебаниях внутри среды. Это означает, однако, что интегративная сила, которая удерживает всю систему вместе, не может подавить отдельные колебания внутри системы, которые могут угрожать системе. В этом случае ожидается, что это произойдет только через определенный период, прежде чем вся система погибнет. В таких случаях у нас нет реальной фазы вытеснения, а только фаза снижения, и даже фаза подавления не является необходимой. Фаза спада обусловлена не попыткой вызвать эти явления, а просто истощением.

Поэтому активный случай ВСПК можно рассматривать как иммунную реакцию всей системы, вызванную бессознательной проблемой, которая действует как «вирус», тогда как пассивный случай ВСПК следует рассматривать как заболевание (например, синдром больного здания (СБЗ)), которое приводит к распаду системы. В клинических терминах активный ВСПК можно рассматривать как явление, которое поддерживает и помогает, в то время как пассивный ВСПК демонстрирует депрессию и спад. Как уже упоминалось, мы обнаружили впечатляющее сходство с классом заболеваний окружающей среды, что моментально демонстрируют эпидемический рост среди населения и которые трудно понять с чисто медицинской точки зрения. Большинство случаев рассматриваются как психосоматические расстройства или даже как психоз.

Комплексные реакции на окружающую среду (ССР-Синдром)

В таблице 2 приведен перечень некоторых заболеваний окружающей среды, существование которых все еще остается весьма спорным, и поэтому они не всегда содержатся в обычных схемах медицинской классификации, таких как МКБ 10.

Таблица 2. Заболевания окружающей среды

Феномен гула земли

Самодиагностированная электромагнитная гиперчувствительность (ЭГЧ)

Множественная химическая чувствительность (МХЧ)

Синдром больного здания (СБЗ)

Идиопатическая непереносимость окружающей среды (ИНОС)

Синдром хронической усталости (СХУ)

Феномен гула земли. Во многих странах власти довольно часто сталкиваются с жалобами на постоянный и агрессивный низкочастотный гудящий шум, который слышен не всем людям. В некоторых случаях источник был обнаружен. Гул в основном описывается как нечто похожее на отдаленный дизельный двигатель на холостом ходу. Как правило, гул тяжело обнаружить с помощью микрофонов, а его источник и природу трудно локализовать (см. Untersuchung des Brummton-Phӓnomens 2001).

Самодиагностированная электромагнитная гиперчувствительность (ЭГЧ)6. Проблема воспринимаемой электрической чувствительности в современном индустриальном обществе все еще не решена, но имеет тенденцию к росту. Медицинские или биологические показатели и исследования все еще отсутствуют, и до сих пор неясно, является ли это всего лишь разновидностью расстройства настроения или реальной физиологической реакцией (см. Reissenweber et al. 2004).

То же самое относится и к множественной химической чувствительности (МХЧ)7. Предполагается, что МХЧ является заболеванием иммунного ответа против следов химических веществ и загрязнителей окружающей среды. Однако многие пациенты сообщают о тяжелых симптомах в условиях отсутствия загрязняющих веществ, и очень часто они сообщают, что у них сложилось впечатление, что вредные химические вещества «создаются» или «распыляются» непосредственно в их близости без какой-либо обоснованной причины. СБЗ (см. сноску 5) – это особый вариант МХЧ. Болезнь в основном связана с бронхиальной аллергией, инфекциями и обострением существующей астмы, когда люди живут или работают в зданиях, которые якобы не соответствуют санитарным нормам.

Идиопатическая непереносимость окружающей среды (ИНОС). Этот термин включает в себя ряд расстройств, имеющих сходную симптоматику, включая МХЧ, СБЗ и ЭГЧ. Рабочее определение ИНОС таково: приобретенное расстройство с множественными повторяющимися симптомами, связанное с различными факторами окружающей среды, переносимое большинством людей и необъясняемое каким-либо известным медицинским или психиатрическим/психологическим расстройством.

Синдром хронической усталости (СХУ)8 – это заболевание часто приводит к нетрудоспособности. Оно характеризуется изнурительной умственной и физической усталостью/истощением, а также специфическим сочетанием других симптомов. Заболевание включает хроническое истощение, включая головные боли, боли в шее, боли в суставах и мышцах, нарушения концентрации и памяти, не восстанавливающийся сон, чувствительность лимфатических узлов и продолжающееся ухудшение состояния после чрезмерного напряжения.

Здесь следует отметить, что СБЗ не относится к ССР в строгом смысле этого слова, поскольку здесь нет необходимости предполагать внешнее физическое воздействие. Оно включено сюда, потому что многие пациенты сообщают о том, что именно внешние, но неизвестные физические воздействия ответственны за их заболевание. Его сходство с пассивным ВСПК уже упоминалось выше.

Другим в большей степени психологическим синдромом, который относится к классу ССР, является «синдром колдовства». Очевидно, что и все другие болезни и недуги, описанные в медицине, могут быть пересмотрены с представленной здесь точки зрения. Однако в общепринятой медицине предполагается, что лечебный и физиологический аспекты болезни в принципе разделимы, поскольку задействованы только восходящие процессы, например, психологические реакции на боль и т.д. В общепринятой медицине и психиатрии преобладает парадигма, согласно которой процессов «сверху-вниз» не существует.

С феноменологической точки зрения мы обнаружили удивительное сходство с «активными» ВСПК-явлениями, описанными выше. Очевидно, что эти особенности неизвестны в рамках основной медицины окружающей среды, потому что пациенты боятся, что их сочтут психопатами, если они сообщат такие подробности, которые указывают на близость к ВСПК. С другой стороны, многие фокальные лица используют эти заболевания окружающей среды в качестве экстернализации9. Возникает вопрос, можно ли, как и в ВСПК, расшифровать определенное «значение» симптомов в случаях ССР и исчезают ли симптомы, как только происходит эта расшифровка. В психосоматической медицине известно, что действительно симптомы часто связаны с лежащей в основе бессознательной проблемой, но, похоже, «символическое» значение психосоматических заболеваний расшифровать сложнее, чем события ВСПК. С другой стороны, симптомы не исчезают так быстро, как при ВСПК, потому что обычно организм уже привык к симптомам. Таким образом, ВСПК, по-видимому, является полезным решением природы, позволяющим избежать психосоматических реакций в организме.

Таким образом, ВСПК, по-видимому, является полезным решением природы, позволяющим избежать психосоматических реакций в организме

Если предположить, что стабильность ментальной репрезентации важна для целостности организма и его организационной замкнутости, локус контроля (Rotter 1966), например, степень экстернализации, можно рассматривать как параметр упорядочения (монитор-переменная) для измерения патогенности ситуации. Здесь представление поверхности тела играет преобладающую роль, поскольку оно описывает демаркационную линию между поддерживающей функцией явления и разрушительной. В тот момент, когда явление «входит» в организм, оно становится патологическим. Таким образом, можно сделать вывод, что ВСПК является единственной вспомогательной функцией ССР, несмотря на странность явлений. Интересно, что фокальные лица часто сообщают, что они не испытывают страха, в то время как их окружение напугано.

Интересно, что типичное развитие различных синдромов ССР почти идентично фазам развития случаев полтергейста: фаза неожиданности, фаза смещения, фаза спада, фаза окаменения. Только последняя фаза отличается: вместо исчезновения явлений они окаменевают, несмотря на отсутствие измеримых физических воздействий. Мы смогли найти эту структуру на основе отчетов многих клиентов, которые обращались в Парапсихологическое консультационное бюро во Фрайбурге. Поскольку клиенты правильно предполагают, что они могут сообщать о своих «нетрадиционных» взглядах, мы получаем много информации, которая неизвестна традиционной системе здравоохранения. Здесь мы приводим качественное феноменологическое описание, в котором обобщены сотни случаев. Описание, приведенное здесь, снова вдохновлено МПИ (и ОКТ). Предполагается, что поток прагматической информации (Weizsӓcker 1974) в иерархических вложенных коллективных замкнутах системах регулируется двумя наборами взаимодополняющих наблюдаемых, а именно новизной (N) и автономией (A) и дополнительным набором подтверждения (B) и надежности (R). В фазе «неожиданности» пациенты сталкиваются с необычным опытом, но они пытаются справиться со стрессом, связанным с их собственными «обычными» стратегиями. Фаза неожиданности характеризуется непредвиденным изменением в системе – настолько высокой автономностью A и низкой надежностью R. Здесь не требуется никакой внешней помощи, поскольку система остается организационно закрытой, будет использоваться ее собственная внутренняя информация (например, предполагается, что симптомы являются мнимыми). Автономия, связанная с новизной N, еще не понята, поскольку отсутствует подтверждение B. Однако растет понимание того, что системных ресурсов недостаточно для решения проблемы, потому что реальная проблема скрыта, а симптомы поддерживают экстернализацию, т.е. предположения о том, что ответственны химические вещества, электромагнитные поля и т.д.

Этот «фазовый сдвиг» характеризуется поиском внешних объяснений и запускает «фазу смещения». Пациенты связываются с другими лицами, например, с врачом, и предоставляют информацию, однако отфильтрованную в отношении роли этого лица. Это создает ожидания, которые не могут быть оправданы; это может вызвать дальнейшие проблемы и может повлечь за собой неожиданные последствия. Изменение информационных потоков внутри системы, конечно, имеет последствия (преднамеренные и непреднамеренные) для всей системы. Наконец, «побеждает» конкретная атрибуция или интерпретация, которая создает «новый взгляд на вещи». Сведения, предоставляемые пациентом посторонним лицам, не обязательно должна совпадать с внутренней информацией, например, не сообщается о страхах быть «сумасшедшим», и даже это имело бы огромное значение, например, для психиатра.

Это означает для внешней системы, что автономность и надежность внутренней системы «перетасованы»: A * R = A0 * R0. Этот «творческий» акт создает новую информацию, которая отражается на пациентах и изменяет их «внутреннюю» информацию. Но «внешняя» информация также изменяется и влияет на вышележащую иерархическую систему как новая «внутренняя» информация. Окружающая среда реагирует, в лучшем случае, благонамеренными предложениями, в худшем случае – отказом. Успехи и неудачи, а также постоянное изменение симптомов характеризуют фазу вытеснения до тех пор, пока пациент не создаст «новый взгляд на вещи»: предполагается, что симптомы аномально вызваны воздействием окружающей среды или стимулом. Фаза спада характеризуется ухудшением самочувствия пациента и неспособностью продемонстрировать, что симптомы вызваны предполагаемыми внешними стимулами. Это похоже на ВСПК-случаи, при которых аномальные явления исчезают. Однако при ССР симптомы пациентов являются не аномальными, но связаны с предполагаемыми внешними причинами. На этой фазе величина эффекта двойного слепого тестирования для «доказательства» роли внешних стимулов снижается и, наконец, исчезает. Тем не менее, реакция пациента, по-видимому, становится все более и более чувствительной даже при нулевом раздражителе. Мы называем это «гомеопатизацией» (см. следующий раздел). В конце фазы спада внешние наблюдатели (например, полиция) приходят к выводу, что этот случай не нужно «воспринимать всерьез», потому что это психиатрический случай, а предполагаемое влияние окружающей среды является иллюзией.

Начинается «фаза окаменения». Пациенты больше не могут всерьез сомневаться в том, что происходит что-то экстраординарное. Как правило, они начинают впадать в паранойю и верить в заговоры. Возврат к «нормальному» состоянию больше невозможен. Создается новая самоорганизующаяся система, обладающая свойствами «самоиммунизации». Снова возникает новая «смесь» прагматической информации. С внешней точки зрения пациенту оказывается помощь (например, лекарства), но он также становится объектом ожиданий. Действительно, ожидается, что психиатрическое лечение покажет «успех». Пациент, однако, пытается скрыть симптомы, которые не исчезают, потому что симптоматическое лечение неадекватно, и пациент дает ложную обратную связь терапевтам, потому что они считают, что знают, что «происходит на самом деле». Они начинают страдать, не высказывая жалоб. Система стабилизировалась и становится все более самоподдерживающейся и самоиммунизирующейся. Это формирует новую организационно замкнутую подсистему хронических симптомов.

Фаза окаменения – это очевидное возвращение к нормальной жизни. Все попытки улучшить ситуацию со стороны полиции, просьбы о помощи, психологическом вмешательстве, терапии или медикаментозном лечении провалились и теперь у пациентов нет шансов. Существует четкое, недвусмысленное распределение причинно-следственных связей и результатов. Симптомы стали более или менее хроническими. Пациенты уходят из общественной жизни или остаются на психиатрической помощи. Иногда они живут как беженцы, кочуя из одного места в другое в надежде избежать воздействия. С внешней точки зрения пациент психически болен и поэтому должен быть в значительной степени исключен из общества. На этом этапе становится очевидным, что фаза окаменения также является фазой подавления, как и в ВСПК. С внешней точки зрения система стабилизирована, потому что основная проблема больше не видна обществу. Это своего рода решение проблем, которое, по-видимому, характерно для современного научно-технического общества. Можно возразить, что постоянное «наблюдение» за симптомами со стороны пациента также должно приводить к «эффекту снижения», как в случаях ВСПК. Однако наблюдение со стороны пациента – это не измерение извне, которое могло бы нарушить NT-аксиому, а постоянный «внутренний» процесс, который стабилизирует состояние системы подобно квантовому эффекту Зенона. Таким образом, различие между экзо- и эндо-взглядом здесь имеет первостепенное значение. Вполне возможно, что пациент служит внешним наблюдателем во время фазы смещения и спада, однако во время фазы окаменения он или она становится все более и более изолированным таким образом, что он или она больше не может разделять точку зрения других людей. Цель любого терапевтического вмешательства состоит в том, чтобы избежать фазы подавления – или окаменения. В одном случае, исследование которого описано ниже, фазы окаменения можно было избежать, потому что пациентка смогла сохранить свою роль внешнего наблюдателя до тех пор, пока явления не исчезли. Другой важной проблемой является тот факт, что симптомы, возникающие внутри организма (что означает низкую экстернализацию), могут в основном состоять из классических (локальных) физиологических процессов, которые не регламентируются NT-аксиомой.

Псевдомашины как технические примеры ССР

Если предположить, что динамика ВСПК и нарушения окружающей среды, упомянутые выше, возникают из структур, которые описываются ОКТ, роль корреляций запутанности нельзя недооценивать. Особенно, если невозможно обнаружить причинно-следственное влияние или реакцию, которые являются причиной жалоб пациента, это не означает, что причиной должно быть чисто психологическое или даже психическое расстройство. Корелляции запутанности – это процессы, идущие сверху-вниз, которые могут пересекать декартов разрез. Это означает, что зарегистрированные корреляции между физическими и психическими наблюдениями проявляют совершенно другие свойства, чем причинные. Причинно-следственные связи остаются стабильными до тех пор, пока все остальные переменные остаются постоянными. Это не относится к корреляциям запутанности. Простое повторение наблюдения может изменить корреляцию, если существует потенциальная возможность того, что оно нарушает NT-аксиому. Это может быть объяснено с помощью так называемых псевдомашин (Lucadou 2002b). Псевдомашины в определенной степени являются техническими аналогами естественных синдромов, описанных здесь. Примером может служить гомеопатическая медицина (Lucadou 2002c). Псевдомашины определяются как технические устройства и/или связанные с ними технические руководства, из которых следует, что они работают объективным чисто физическим способом. Однако при более внимательном рассмотрении выясняется, что псевдомашины относятся к психофизическим системам и содержат скрытые субъективные, психологические компоненты. «Классические псевдомашины» допускают четкое различие между физическими и психологическими эффектами и разделимы в этом отношении. «Неклассические псевдомашины» не допускают разделения между физическими и психологическими эффектами, у них они взаимосвязаны.

Можно утверждать, что оба вида псевдомашин подчиняются определенным статистическим законам, которые влияют как на функционирование, так и на эффективность машины, которые, однако, в основном неизвестны пользователям и исследователям. Можно обнаружить типичные эффекты смещения и спада, которые ограничивают повторяемость результатов. Классические псевдомашины надежны до тех пор, пока не будет выявлен истинный механизм и не изменятся психологические условия. Воздействие механизма (например, то, что это всего лишь плацебо) кардинально меняет психологические условия, но они также могут медленно изменяться, если проявление внимания и увлеченность к предполагаемому физическому механизму и воздействию прекратятся. В отличие от классических псевдомашин, неклассические машины ненадежны, даже если оборудование и психологические условия не меняются. В этом случае, как это ни парадоксально, обличение и разоблачение не обязательно изменят обещанный эффект, если не будет отменено коллективное закрытие всей системы. Эффект может быть даже усилен, потому что ожидания устраняются. Применение этих свойств псевдомашин к возможным терапевтическим методам лечения ССР10 – интересный вопрос для предмета будущих исследований.

При ССР разделение психологических и физических наблюдений в общем случае невозможно. Это означает, что измеренные корреляции между физическими и психологическими переменными ССР должны интерпретироваться совершенно иначе, чем для простых причинно-следственных процессов, как может проиллюстрировать следующий пример.

Пример самостоятельной оценки электрочувствительности

В одном случае мы смогли оценить самостоятельное исследование человека (женщина, около 65 лет), страдающего различными симптомами, которые в основном проявлялись, когда она находилась в своей квартире. Она обратилась в «Парапсихологическое консультационное бюро» во Фрайбурге, потому что у нее не было объяснения этим симптомам. Ее лечащий врач не смог поставить медицинский диагноз. Мы обсудили с ней несколько причин и пришли к выводу о необходимости изучения возможности ЭГЧ. Ей было поручено измерять магнитное поле в своей квартире с помощью коммерческого электромагнитного измерителя после любой внезапной и неожиданной смены самочувствия. Исследование длилось с 17.05.2006 по 05.07.2006 и содержит около 1140 измерений. Важно отметить, что ей было поручено измерять магнитное поле после ее личной оценки и всегда в одном и том же месте в ее квартире и всегда с одним и тем же измерительным прибором. Она не разделяла сильных систем убеждений и не имела определенного мнения о возможности электромагнитного воздействия на человеческое тело и психику. Шкала субъективных жалоб содержала значения 1–9, которые были выбраны ею самой (см. таблицу 3). Ее описание симптомов может показаться несколько неясным, но следует учитывать, что это ее собственное субъективное описание. В любом случае это дает оценку ее состояния (здоровья) в диапазоне от 1 («жалоб нет») до худшего 9.

Таблица 3. Шкала субъективных жалоб

  1. Никаких жалоб
  2. Ноги влажные, покалывание в руках, чувствую, что меня немного шатает, небольшие нарушения зрения
  3. Липкие ноги, ограниченная подвижность рук, ощущение жара, головокружение, нарушение зрения, ощущение пульсации (кисти, руки, лицо). Легкая тошнота. Легкая дрожь
  4. Симптомы усилились
  5. Липкие и горячие ноги и руки. Головокружение, затуманенное зрение, тошнота, головокружение
  6. Онемевшие ноги и руки, сильное головокружение, серьезные нарушения зрения, тошнота, стеснение, угнетение, проблемы с сердцем (скорее дрожь)
  7. Головная боль (ощущение, что голова раскалывается)
  8. Онемевшие ноги, негнущиеся руки, нарушение зрения (с трудом читаю), головокружение, тошнота, сильная стесненность, проблемы с сердцем (например, лихорадка, температура выше 39,5°)
  9. Тошнота с рвотой

Следует также отметить, что у нас сложилось впечатление, что она была очень отзывчива и работала очень тщательно, потому что хотела поддержать наше исследование. Мы отдавали себе отчет в том, что с классической терапевтической точки зрения было бы рискованно предлагать ей механизм экстернализации (ЭГЧ) для ее жалоб. Однако оказалось, что она была вылечена в конце «своего исследования». Данные были сведены к средним значениям за день. На рисунке 3 показано магнитное поле (переменный ток) в микротеслах (ηT) в диапазоне частот 10–10 000 Гц в течение 1 дня (6:45–23:27). На рисунке 4 показаны значения субъективных жалоб за тот же временной диапазон.

Рис. 3. Магнитное поле в течение дня (средние значения)
Рис. 3. Магнитное поле в течение дня (средние значения)
 
Рис. 4. Субъективные жалобы в течение дня (средние значения)
Рис. 4. Субъективные жалобы в течение дня (средние значения)
 

На рисунках 3 и 4 показаны средние значения как магнитного поля, так и субъективных жалоб. Оба демонстрируют сильные колебания и неравномерно распределены в течение дня. Магнитное поле имеет максимум ранним утром и днем. Напротив, количество жалоб достигает максимума позже утром и еще одного максимума около полудня. Это не подтверждает предположение о том, что существует простая корреляция, включающая, например, временную задержку. Действительно, на рис. 5, на котором показана корреляция (точечный график средних значений жалоб в зависимости от напряженности магнитного поля) между оценкой субъективных жалоб и магнитным полем, можно выделить три области: 1) Область 0–50 ηТ; 2) Область 50–110 ηT и 3) Область 110–160 ηT.

Рис. 5. Корреляция между субъективными жалобами и магнитным полем
Рис. 5. Корреляция между субъективными жалобами и магнитным полем
 

Только в области 2 наблюдается несколько линейная зависимость. Это показывает, что субъективные жалобы, по-видимому, зависят от магнитного поля. Общая корреляция низкая r = 0,1, но значимая p = 0,1%. Однако следует отдавать себе отчет в том, что это не обязательно означает, что существует влияние магнитного поля на телесные состояния. Также возможно, что некоторые неизвестные последовательные закономерности в обоих наборах данных создали корреляцию11. Но поскольку в ОКТ корреляции являются «более слабыми» условиями, чем причинные влияния, это не угрожает принятой здесь интерпретации. Линейное поведение организационно закрытой системы обычно является показателем того, что система способна целенаправленно реагировать на воздействие извне. Таким образом, область 2 можно рассматривать как область компенсации, или компенсаторного поведения.

Однако в области 3 система больше не реагирует целенаправленно. Это область декомпенсации. Возникает вопрос, почему система больше не в состоянии компенсировать это влияние. Общей чертой является то, что возникают быстрые колебания, если пациенты сообщают, что они больше не могут описывать симптомы.

Область 1 более интересна. Она также не показывает корреляции, но даже при почти полном отсутствии сигнала, все равно возникают сильные помехи. Мы будем называть этот эффект «гомеопатизацией». Это указывает на то, что эффект не исчезает, если пропадает тревожный сигнал. Системы, по-видимому, «изобретают» или «ищут» тревожный сигнал, потому что привыкли его ожидать. Наша гипотеза, которую мы здесь выдвигаем, состоит в том, что гомеопатизация – это указание на то, что человек, страдающий ЭГЧ, запутан окружающей средой (магнитным полем), что оно «создается» нестабильными колебаниями для поддержания запутанности, как в ВСПК и МХЧ. Этот процесс не должен быть стабильным, потому что в противном случае он нарушил бы NT-аксиому. Здесь снова следует отметить, что это не означает, что никакие сторонние электромагнитные воздействия не могут играть роли, но, с одной стороны, в этой возможности сильно сомневается традиционная медицина, а с другой стороны, мы делаем акцент здесь на разделяемости, запутанности и процессах сверху-вниз.

Заключение

Ясно, что эта интерпретация не является необходимым заключением из данных в этом единственном исследовательском случае, но это больше, чем чистое предположение, поскольку она описывает все формы ССР в рамках одной теоретической модели. Характеристика, обнаруженная в этом единственном случае, особенно компенсация, декомпенсация и гомеопатизация, могут наблюдаться качественным образом почти во всех случаях ССР. Конечно, очень трудно изолировать корреляции запутанности в системах, когда задействованы причинные влияния, потому что любая передача сигнала или причинное влияние должны быть подавлены, чтобы подтвердить нелокальность. Эксперименты, которые позволяют проводить различие между причинными и запутанными корреляциями (описанными выше), однако, показывают, что «сила» и «ценность» причинно-следственных и запутанных корреляций почти одинаковы. Но они вызывают различные динамические изменения психофизической системы. Особенно, корреляции запутанности нестабильны, если ситуация повторяется идентичным образом; они действительно «жуткие», как назвал это Эйнштейн. Кроме того, они не могут быть выведены из локальных, причинно-следственных наблюдаемых, поскольку глобальные наблюдаемые, которые создают запутанность, дополняют локальные. Поэтому в естественных сложных системах представляется разумным рассматривать с одинаковой ценностью как процессы «снизу-вверх», так и «сверху-вниз». Модель позволяет поместить широкий диапазон социально-психофизических явлений в новый теоретический контекст: психосоматические расстройства можно рассматривать как полтергейсты в теле, ССР как полтергейсты на коже, ВСПК как полтергейсты дома и, наконец, войны и революции и т.д. как полтергейсты в обществе.

Примечания

1. Термин «феномен полтергейста» является фольклорным словом, которое используется заинтересованными лицами для описания своих переживаний. Термин возвратный спонтанный психокинез или ВСПК – это концепция, которая была разработана в парапсихологии для обозначения явлений полтергейста.

2. Неоднократно высказываемое мнение (см. Hergovich 2001; Lambeck 1997; Leick 2006) о том, что нельзя применять квантовую теорию к макроскопическим системам, само по себе сомнительно и в любом случае здесь неприменимо (см. Lucadou 1974, 1997; Römer and Leick 2006), поскольку ОКТ и МПИ не являются редукционистскими моделями. Таким образом, лучше говорить об «обобщенной запутанности» и/или «эффектах, подобных запутыванию», вместо «запутанности», как мы делаем здесь для краткости.

3. Квалиа – термин, используемый в философии, преимущественно в аналитической философии сознания, для обозначения сенсорных, чувственных явлений любого рода – прим. пер.

4. Булимия – психическое заболевание, представляющее собой расстройство пищевого поведения, при котором больной употребляет большое количество пищи, а потом избавляется от него, вызывая рвоту – прим. пер.

5. Термин «контроль» здесь не обязательно означает причинно-следственное взаимодействие, поэтому он заключен в кавычки.

6. Определение Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ): ЭГЧ характеризуется множеством неспецифических симптомов, которые различаются от человека к человеку. Симптомы, безусловно, реальны и могут сильно различаться по своей тяжести. Какова бы ни была его причина, ЭГЧ может стать проблемой для пострадавшего человека. У ЭГЧ нет четких диагностических критериев, как нет научных оснований связывать симптомы ЭГЧ с воздействием электромагнитного поля. Кроме того, ЭГЧ не является медицинским диагнозом, и при этом не ясно, представляет ли он собой единственно медицинскую проблему (http://www.who.int/mediacentre/factsheets/fs296/en/index.html).

7. Резюме Американской академии аллергии, астмы и иммунологии (AAAAI): ИНОС – также называемый заболеванием окружающей среды и множественной химической чувствительностью – считается заболеванием, уникальным для современного индустриального общества, в котором, как утверждается, некоторые люди приобретают исключительную чувствительность к многочисленным химически не связанным веществам окружающей среды. Пациент испытывает широкий спектр симптомов, но на сегодняшний день в исследованиях отсутствуют доказательства патологии или физиологической дисфункции у таких пациентов. Из-за субъективного характера заболевания объективная оценка таких случаев невозможна. Аллергические, иммунотоксические, нейротоксические, цитотоксические, психологические, социологические и ятрогенные теории были выдвинуты как для этиологии, так и для возникновения симптомов, но отсутствуют научные доказательства, позволяющие установить какой-либо из этих механизмов как окончательный. Однако большинство исследований на сегодняшний день выявили избыток настоящих и бывших психопатологий у пациентов с этим диагнозом. Связь этих результатов с симптомами пациента также неочевидна. Строго контролируемые исследования для проверки субъективной чувствительности пациента к определенным химическим веществам окружающей среды еще предстоит провести. Более того, нет никаких доказательств того, что у этих пациентов есть какие-либо иммунологические или неврологические отклонения. Кроме того, еще не было показано, что какая-либо форма терапии изменяет болезнь пациента в благоприятную сторону. Причинно-следственная связь между химическими веществами окружающей среды, продуктами питания и/или лекарствами и симптомами пациента по-прежнему носит умозрительный характер и не может быть основана на результатах опубликованных в настоящее время научных исследований (http://www.aaaai.org/members/academy_statements/position_statements/ps35.asp).

8. ICD-10-WHO 1.3: G93.3.

9. Экстернализация – образовано от английского слова «external» (в переводе – «внешний») и дословно означает «вынесение за пределы, наружу». Таким образом, процесс экстернализация – это процесс вынесения задач, ресурсов и соответствующих процессов организации за ее пределы – прим. перев.

10. Можно утверждать, что, поскольку эффекты псевдомашин нестабильны и невоспроизводимы в измененных психологических условиях, это противоречит сходству с ССР, поскольку симптомы ССР описываются как довольно стойкие и хронические. Однако это противоречие исчезает, если принять во внимание различие между экзо- и эндо-взглядом в отношении окаменения.

11. Поскольку это поисковое исследование в одном конкретном случае, никакого дополнительного анализа не проводилось. Остается открытым вопрос о том, могут ли дальнейшие подробности выявить результаты, которые могли бы быть обобщены. Этот случай не следует переоценивать и рассматривать как иллюстрацию, которая может спровоцировать новые идеи в этой очень сложной области исследований.

Литература

1. Atmanspacher H, Römer H, Walach H (2002) Weak quantum theory: complementarity and entanglement in physics and beyond. Found Phys 32:379–406.

2. Bauer E, Lucadou W (1988) Parapsychologie. In: Asanger R, Wenninger G (Hrsg.) Handwörterbuch psychologie. Verlags Union, München-Weinheim, S. 517–524.

3. Bauer E, Lucadou W (1991) A strawman called ‘psi’ - or: what is Professor Bunge afraid of? New Ideas Psychol 9(2):152–162.

4. Bauer E, Kornwachs K, Lucadou W (1981) Vom Widerstand gegen das Paranormale. In: Dürr HP (Hrsg.) Der Wissenschaftler und das Irrationale, Bd 2. Syndikat, Frankfurt a.M, S. 353–370.

5. Bender H (1974) Modern poltergeist research–A plea for an unprejudiced approach. In: Beloff J (ed) New directions in parapsychology. Elek Science, London, pp 122–143.

6. Bösch H, Steinkamp F, Boller E (2006) Examining psychokinesis: the interaction of human intention with random number generators: a meta analysis. Psychol Bull 132(4):497–523.

7. Hergovich A (2001) Der Glaube an Psi. Die Psychologie paranormaler Überzeugungen. Hans Huber Verlag, Bern Huesmann M, Schriever F (1989) Steckbrief des Spuks. Darstellung und Diskussion einer Sammlung von 54 RSPK-Berichten des Freiburger Instituts für Grenzgebiete der Psychologie und Psychohygiene aus den Jahren 1947–1986. Zeitschrift für Parapsychologie und Grenzgebiete der Psychologie 31:52–107.

8. Hyman R, Wisemann R, Watt C, Roe C (2009) Parapsychology 2009: dead or alive? Four eminent researchers give their views on the current state of parapsychology and its future prospects. The Skeptic 22(2):17–27.

9. Jahn R (1981) The persistent paradox of psychic phenomena: an engineering perspective. Proc IEEE 70(2):136–170.

10. Jahn R, Dunne B, Bradish C, Dobyns Y, Lettieri A, Nelson R, Mischo J, Boller E, Bösch H, Vaitl D, Houtkooper J, Walter B (2000) Mind/machine interaction consortium: PortREG replication experiments. J Sci Explor 14(4):499–555.

11. Josephson BD (1979) Foreword. In: Puharich A (ed) The Iceland papers. Select papers on experimental and theoretical research on the physics of consciousness. Essentia Research Associates, Amherst, p. 5.

12. Lambeck M (1997) Können Paraphӓnomene durch die Quantentheorie erklӓrt werden? Zeitschrift für Parapsychologie und Grenzgebiete der Psychologie 39:103–116 und Antwort auf die Replik von Dr. Dr. von Lucadou, 117–122.

13. Leick P (2006) Die schwache Quantentheorie und die Homöopathie. Skeptiker 19(3/06):92–102.

14. Lucadou W (1974) Zum parapsychologischen experiment–eine methodologische Skizze. Zeitschrift für Parapsychologie und Grenzgebiete der Psychologie 16:57–62.

15. Lucadou W (1983) Der flüchtige Spuk. In: Bauer E, Lucadou W (eds) Spektrum der Parapsychologie. Aurum Verlag, Freiburg i.Br., pp 150–166.

16. Lucadou W (1984) What is wrong with the definition of psi? Eur J Parapsychol 5:261–283; deutsche Übersetzung 1985: was stimmt nicht mit der Psi-Definition. Zeitschrift für Parapsychologie und Grenzgebiete der Psychologie 27:3–23.

17. Lucadou W (1986) Experimentelle Untersuchungen zur Beeinflußbarkeit von stochastischen quanten-physikalischen Systemen durch den Beobachter. H.-A. Herchen Verlag, Frankfurt.

18. Lucadou W (1987) The model of pragmatic information (MPI). In: Morris RL (ed) The parapsychological association 30th annual convention, proceedings of presented papers. Parapsychological Association, pp 236–254.

19. Lucadou W (1989a) Vom Abgrund der Systeme. Zeitschrift für Parapsychologie und Grenzgebiete der Psychologie 31:108–121.

20. Lucadou W (1989b) Psyche und Chaos. Neue Ergebnisse der Psychokinese-Forschung. Aurum, Freiburg.

21. Lucadou W (1991a) Makroskopische Nichtlokalitӓt. In: Kratky KW (Hrsg.) Systemische Perspektiven: interdisziplinӓre Beitrӓge zu Theorie und Praxis. Carl Auer, Heidelberg, S 45–63.

22. Lucadou W (1991b) Locating Psi-bursts–correlations between psychological characteristics of observers and observed quantum physical fluctuations. In: Delanoy DL (ed) The parapsychological association 34th annunal convention, proceedings of presented papers. Parapsychological Accociation, Heidelberg, pp 265–281.

23. Lucadou W (1995a) The model of pragmatic information (MPI). Eur J Parapsychol 11:58–75.

24. Lucadou W (1995b) Psyche und Chaos–Theorien der Parapsychologie. Inselverlag, Frankfurt a.M.

25. Lucadou W (1997) Muß die Quantentheorie durch Paraphӓnomene ergӓnzt werden?–Bemerkungen zu Professor Lambecks Thesen. Zeitschrift für Parapsychologie und Grenzgebiete der Psychologie 39:117–123.

26. Lucadou W (2000) Spuk. In: Syliva M Schomburg-Scherff und Beatrix Heintze (Hrsg.) Die offenen Grenzen der Ethnologie. Lembeck, Frankfurt a.M., S. 219–230.

27. Lucadou W (2001) Hans in luck–the currency of evidence in parapsychology. J Parapsychol 65:3–16.

28. Lucadou W (2002a) Verhexung–Erfahrungen einer parapsychologischen Beratungsstelle. In: Walter Bruchhausen (Hg.) Hexerei und Krankheit. Lit Verlag Münster 2003, pp 195–218.

29. Lucadou W (2002b) Die Magie der Pseudomaschine. In: Wilfreid Belschner, Joachim Galuska, Harald Walach, Edith Zundel (Hrg.) Transpersonale Forschung im Kontext. Oldenburg: transpersonale Studien 5, Bibliotheks- und Informationssystem der Universitӓt Oldenburg 2002; also in: (2009) Zeitschrift für Parapsychologie und Grenzgebiete der Psychologie, 44/45/46 S. 3–19.

30. Lucadou W (2002c) Homeopathy and the action of meaning–the model of pragmatic information (MPI) and homeopathy. In: Walach H, Schneider R, Chez RA (eds) Proceedings: future directions and current issues of research in homeopathy. Freiburg.

31. Lucadou W (2003) Beratung bei paranormalen Erlebnissen. In: Galuska J (Hrg.) Den horizont erweitern. Ulrich Leutner Verlag, Berlin, S. 204–230.

32. Lucadou W (2006) Self-organization of temporal structures–a possible solution for the intervention problem. In: Sheehan DP (ed) Frontiers of time. Retrocausation–experiment and theory. AIP conference proceeedings, vol 863. AIP, Melville, pp 293–315.

33. Lucadou W, Zahradnik F (2004) Predictions of the MPI about RSPK. In: Schmidt S (ed) Proceedings of the 47th annual convention of the parapsychological association. Parapsychological Association, Vienna, pp 99–112 [abstracted in Journal of Parapsychology 69:31–32].

34. Lucadou W, Zahradnik F (2005) Die verschwiegene Erfahrung–ungewöhnliche Erlebnisse in der transpersonalen Psychologie. Zeitschrift für transpersonale Psychologie 2:78–89.

35. Lucadou W, Römer H, Walach H (2007) Synchronistic phenomena as entanglement correlations in generalized quantum theory. J Consciousness Stud 14(4): 50–74.

36. Mahner M (2010) Der Tod der Parapsychologie (1850–2009). Skeptiker 2/2010:79–80.

37. Mischo J (1970) Zur Persönlichkeitsstruktur psychokinetischer Medien. Zeitschrift für Parapsychologie 12:19–25.

38. Moser F (1977) Spuk–Ein Rӓtsel der Menschheit. Walter-Verlag, Olten u. Freiburg.

39. Primas H (1992) Time-asymmetric phenomena in biology complementary exophysical descriptions arising from deterministic quantum endophysics. Open Syst Inf Dyn 1:3–34.

40. Primas H (1995) Mathematical and philosophical questions in the theory of open and macroscopic quantum systems. In: Miller AI (ed) Sixty-two years of uncertainty. New York, Plenum, pp 233–257.

41. Primas H (1996) Synchronizitӓt und Zufall. Zeitschrift für Parapsychologie und Grenzgebiete der Psychologie 38:61–91.

42. Radin DI, Nelson RD (1989) Evidence for consciousness-related anomalies in random physical systems. Foundat Phys 19:1499 1514.

43. Reissenweber J, Wojtysiak A, David E (2004) Das Phӓnomen der Elektrosensibilita ̈t/Elektrosensitivita ̈t in der hausӓrztlichen Praxis. Ein Überblick über den gegenwӓrtigen Forschungsstand. Frequentia, Nov 2004, pp 1–12.

44. Römer H, Leick P (2006) Gemeinsame Erklӓrung. Skeptiker 19(4/06):176–178.

45. Rotter JB (1966) Generalized expectancies for internal versus external control of reinforcement. Psychological Monographs 80 (1. whole No. 609).

46. Storm L, Ertel S (2001) Does Psi exist? Comments on Milton and Wiseman’s (1999) meta-analysis of Ganzfeld research. Psychol Bull 127(3): 424–433.

47. Summhammer J (2006) Quantum cooperation of two insects. arXiv:quant-ph/0503136v2

48. Timm U (2007) Reanalyse einer Metaanalyse von RNG-PK-Experimenten. WGFP-Workshop, Offenburg 21.10.2007.

49. Untersuchung des Brummton-Phӓnomens (2001) Landesanstalt für Umweltschutz Baden-Württemberg, Sachgebiet 33.2 Lӓrm, des Referates Luftqualitӓt, Lӓrm, Verkehr. http://www.lfu.baden-wuerttemberg.de.

50. Weizsӓcker E (1974) Erstmaligkeit und Bestӓtigung als Komponenten der pragmatischen information. In: Weizsӓcker E (Hrg.) Offene Systeme I. Klett, Stuttgart, pp 83–113.

51. Zahradnik F (2007) Irritation der Wirklichkeit. Eine qualitative und quantitative Analyse der Briefsammlung der Parapsychologischen Beratungsstelle in Freiburg. Lit-Verlag, Münster.

Опубликовано: Lucadou W. Complex Environmental Reactions, as a New Concept to Describe Spontaneous “Paranormal” Experiences // Axiomathes 21(2):263-285.

Перевод с английского: Е. А. Доренская

Также по теме
Авторы статьи провели глубокий анализ литературных источников, посвященных домам с привидениями, систематизировали характеристики различных параметров среды, вариативно изменяющиеся в момент наблюдения призраков и относящихся к предметному полю психологии среды (уровни электромагнитного излучения, инфразвука, температуры, уровни освещения, качество воздуха и др.).

Вальтер Эрих Манфред фон Лукаду 13.05.2022
 
Если у вас есть дополнительная информация по этой публикации, пишите нам на ufocom@tut.by Подписывайтесь на наш телеграмм канал, чтобы всегда быть в курсе событий.
 
 
НЛО колониальных времен
НЛО и АЯ 1
НЛО колониальных времен
В ночь на 19 октября 1781 г. Нелл Александр вздрогнул от «громкого, оглушающего грохота» неподалеку от окраины его родного города в Коннектикуте. Он и не подозревал, что вскоре станет свидетелем крупнейшего близкого контакта в истории колониальной Америки.
Звездная наука в Великом Княжестве Литовском
Обзоры 1
Звездная наука в Великом Княжестве Литовском
Не так давно вышла в свет монография кандидата исторических наук Дмитрия Скворчевского «Навука звяздарская»: астраномія ў Вялікім Княстве Літоўскім у XIV–XVII ст.», посвященная развитию космологических представлений и астрономических знаний в средние века на территории Великого Княжества Литовского. Автор книги рассказывает о некоторых идеях, воплощенных в новом издании.