Остров Южный Виргин, каменные лабиринты и игра Святого Петра

Загадки каменного лабиринта на острове Южный Виргин

Каменный лабиринт на острове Южный Виргин среди исторических памятников Северо-Запада занимает совершенно особое место. Именно здесь, на маленьком островке, в 6 км к юго-западу от острова Гогланд, в далеком 1838 году волею случая оказался академик Карл Эрнст фон Бэр (рис. 1), составивший описание и зарисовавший схему каменного лабиринта (рис. 2). Этой случайной находке мы обязаны первой в России, а возможно и в Европе, статье, посвященной проблеме каменных лабиринтов, – «Лабиринтоподобные каменные выкладки на Русском Севере» [4, 181–190]. Может показаться удивительным, но бурные события середины двадцатого века, сметавшие многие сооружения разных эпох с островов Финского залива, не затронули Южный Виргин. Лабиринт дошел до наших дней точно таким же, каким его видел в 1838 году К. Э. фон Бэр. Таким образом, данный лабиринт является не только памятником как таковым, но и объектом, с которым связано самое начало научного изучения каменных лабиринтов Северной Европы.

Рис. 1. Академик Карл Эрнст фон Бэр (1792–1876). Основоположник изучения каменных лабиринтов Северной Европы.
Рис. 1. Академик Карл Эрнст фон Бэр (1792–1876). Основоположник изучения каменных лабиринтов Северной Европы.
 
Рис. 2. Зарисовка лабиринта «Париж» на острове Южный Виргин, выполненная К. Бэром в 1838 году.
Рис. 2. Зарисовка лабиринта «Париж» на острове Южный Виргин, выполненная К. Бэром в 1838 году.
 

Несмотря на то, что именно отсюда началось исследование лабиринтов в России, каменные лабиринты российской акватории Финского залива были забыты с начала ХХ века и вплоть до середины 2000-х годов. В советские годы каменные лабиринты в Ленинградской области не исследовались и даже не упоминались. Впрочем, и сейчас мало кто знает о них (рис. 3, 4, 5). Современный этап интереса к ним начался в 2006 году, с исследования археолога Станислава Бельского [3, 122–127]. В 2007 году в журнале «Природа» вышла статья биологов Е. А. и П. Б. Глазковых, зафиксировавших два каменных лабиринта – на островах Крутояр и Южный Виргин [6, 55–66] (рис. 6). В 2006–2007 годах автором данной статьи было предпринято несколько экспедиций1 с целью проверки современных сообщений о каменных лабиринтах, в ходе которых был обследован ряд островов возле пос. Советского, а также Рондо, Долгий камень, Крутояр, Узорный, Березник, острова Кургальского рифа и некоторые другие. Также были обследованы участки южного берега Финского залива, на которых могли быть лабиринты (в основном мысы, устья рек). Однако новых каменных лабиринтов выявлено не было. Отчеты по этим работам были опубликованы автором в 2009–2011 годах. Среди лабиринтов Ленинградской области каменный лабиринт на острове Южный Виргин представляет особый интерес, поскольку именно о нем сохранилось достаточно много сведений. К. Э. фон Бэр составил первое подробное описание этого лабиринта и зарисовал схему. Его статья, опубликованная в 1844 году, стала первым в России исследованием каменных лабиринтов. К сожалению, эта знаковая работа, как и сами каменные лабиринты Финского залива, также оказалась малоизвестной в России и почти забытой на столетие, при этом в Европе ни одно толковое исследование лабиринтов до сих пор не обходится без упоминания работы К. Э. фон Бэра.

Рис. 3. Каменный лабиринт «Иерусалим» на острове Хяро.
Рис. 3. Каменный лабиринт «Иерусалим» на острове Хяро (современное русское название – Узорный). Одно из ранних упоминаний этого лабиринта содержится в записках A. R. Blomqvist от 1885 года. В 1912 году финский археолог А. М. Таллгрен (1885–1945) писал о том, что этот лабиринт называется «Иерусалим» и связывается с гардемаринами времен шведского короля Густава III (1771–1792). До настоящего времени этот лабиринт, вероятно, не сохранился, во всяком случае, поиск его в 2007 году результатов не дал. Рисунок из книги P. Uino «Ancient Karelia» [12, 337–348].
 
Рис. 4. Каменный лабиринт на острове Крутояр (Essaari). Фото автора, 2007 год.
Рис. 4. Каменный лабиринт на острове Крутояр (Essaari). Фото автора, 2007 год.
 
Рис. 5. Зарисовка схемы лабиринта на о. Крутояр (рис. автора, 2007 год).
Рис. 5. Зарисовка схемы лабиринта на о. Крутояр (рис. автора, 2007 год).
 
Рис. 6. Карта расположения двух сохранившихся каменных лабиринтов на островах Ленинградской области (составлена автором, 2017 год).
Рис. 6. Карта расположения двух сохранившихся каменных лабиринтов на островах Ленинградской области (составлена автором, 2017 год).
 

С каменным лабиринтом на Южном Виргине связано несколько загадок. Во-первых, точно не известна ни дата его создания, ни авторство, ни цель. Однако само его расположение на низменном каменистом островке позволяет предположить, что лабиринт не является древним и выложен не ранее Средневековья, скорее всего, рыбаками с Гогланда. Следует заметить, что вплоть до последнего времени в России каменные лабиринты считались творениями неизвестных первобытных племен, «доисторическими святилищами», однако последние исследования позволяют датировать их Средневековьем и обоснованно соотносить с балтийскими и беломорскими рыбаками и моряками.

Русское название острова, Южный Виргин, происходит от более древнего финского Виири (Viiri), что означает в финском языке «вымпел». Шведы называли остров Вир (Wier). Можно допустить, что когда-то на острове действительно мог быть установлен некий вымпел, обозначающий этот низменный островок, с другой стороны, слово Виири созвучно финскому названию Эстонии – Виро (Вирумаа) и, учитывая расположение острова между Финляндией и Эстонией, оно могло также обозначать сторону, в которой располагался географический объект. Можно констатировать, что происхождение названия на данный момент недостаточно изучено.

В 1919 году житель гогландской деревни Киискинкюля Эеро Саукко составил зарисовку схемы лабиринта на Южном Виргине, при этом его схема абсолютно не совпадает со схемой К. Э. фон Бэра (рис. 7). В данном случае, единственным верным предположением видится то, что К. Бэр и Э. Саукко обнаружили и зарисовали два разных лабиринта. На это указывает еще один факт: гогландский краевед начала XX в. Р. Розен отмечал к югу от острова Гогланд, на близлежащих островах, два лабиринта [9, 65–67]. Возможно, второй лабиринт был выложен уже после визита К. Э. фон Бэра, либо академик его просто не заметил, что впрочем, маловероятно, либо он был на другом островке, например Северном Виргине, и не сохранился? Этот вопрос также требует дальнейшего изучения.

Рис. 7. Лабиринт на острове Южный Виргин, зарисованный Eero Saukko в 1919 году [9, 65–67].
Рис. 7. Лабиринт на острове Южный Виргин, зарисованный Eero Saukko в 1919 году [9, 65–67].
 

Известно, что многие каменные лабиринты на Балтике имеют народные названия в честь древних городов – Иерусалим, Константинополь, Иерихон, Ниневия, Троя, Выборг и т. д. Финские исследователи начала ХХ века Э. Елениус и А. Европеус (А. Эйряпяя) записали народное название лабиринта на острове Южный Виргин – «Париж». На первый взгляд, в ряду «городских» названий лабиринтов оно стоит особняком. Согласно распространенной народной трактовке, этот «лабиринт столь же запутан, как улицы Парижа». Но к этому названию можно обратиться и с другой стороны: в переводе со шведского языка «parish» – «церковный приход». Этот латинизм распространен в ряде западноевропейских языков со средневековья. В общем ключе шведских корней балтийской топонимики, связанной с лабиринтами, можно допустить и эту трактовку. В XIX в. это утратившее смысл название могло ассоциироваться со столицей Франции исключительно по созвучию.

По сведениям, собранным шведским исследователем каменных лабиринтов Дж. Крафтом, в начале ХХ века жители острова Гогланд (ближайшей населенной точки к острову Южный Виргин) уже не знали даты и цели постройки лабиринта, но считали, что его возвели эстонские рыбаки или люди, потерпевшие кораблекрушение. Интересно отметить, что жители Гогланда в начале ХХ века называли этот лабиринт «Ranskanpariisi» («Французский Париж»), а место его возведения – «Jatulintarha» («Ограда Великанов»). Второе название также является широко распространенным финским народным названием каменных лабиринтов. В то время жители соседнего острова Тютерс считали, что лабиринт «был выложен эстонцами», и называли его «Linnoitus Pariisin» («Крепость Парижа»). По словам Эмиль Саукон (Emil Saukon), название «Ranskan Pariisien» было широко известно в конце 1800-х годов среди молодежи на острове Гогланд [12, 338].

По мнению известного шведского исследователя лабиринтов Дж. Крафта, лабиринт на острове Южный Виргин, скорее всего, был выложен гогландскими рыбаками, промышлявшими сельдь и базировавшимися в рыболовецкий сезон на этом островке [11, 2–7]. В пользу этой версии говорит то, что вблизи лабиринта есть две полосы небольших каменных куч, которые рыбаки могли использовать как опоры для крепления шестов, применявшихся для просушки и ремонта сетей. Все это указывает на то, что лабиринт на Южном Виргине был хорошо известен жителям соседних островов, был узнаваемым и знаковым элементом морского культурного ландшафта.

Следует отметить, что, по современным научным данным, каменные лабиринты на Балтике получили наибольшее распространение в прибрежных местах Финляндии и Эстонии в XV–XVII веках, в годы шведской колонизации Восточной Балтии. На этом фоне лабиринты на островах Ленинградской области являются самыми восточными в данном ареале их распространения.

Об одном средневековом сюжете, связанном с каменными лабиринтами на Балтике

В балтийском регионе сохранилось довольно много разнообразных фольклорных сведений, связанных с каменными лабиринтами. Среди этих историй особняком выделяются странные сюжеты, связанные с усмирением штормов при помощи сооружения и прохождением каменных лабиринтов. С подобным сюжетом связана широко известная в Швеции «игра святого Петра», описание которой приводится в работе Дж. Крафта 1977 года:

«Идеи игры также коснулся Бо Стъерстром после нескольких лет проведения работ по изучению лабиринтов на Стокгольмском архипелаге. На острове Тивскер округа Родмансо, и на Бодкоббене на архипелаге Редер и Бодскере архипелага Скарвз, округ Блидъе, есть вырезанные на камнях лабиринты, достигающие нескольких дюймов. На некоторых из них есть «письмена» – нанесен странный «код» из перемежающихся поперечных линий и точек. Стъерстрому, сделавшему с них точные копии, удалось показать, что «палки» похожи на те, которые обычно появляются на старом руническом крестьянском календаре. Это так называемая «Игра Св. Петра», которая, как правило, основана на истории 30 человек, половина из которых христиане, половина евреи или турки, которые были в море на корабле. Начался сильный шторм, для облегчения судна необходимо было избавиться от некоторых пассажиров, поэтому решили, что каждый девятый человек будет сброшен за борт, пока число не сократится вдвое. Св. Петр попросил пассажиров поступить так: линии рисовали христиане, а евреи – точки; в конечном итоге все евреи были выброшены за борт, а все христиане остались» [10, 61–80].

К этому интересно добавить то, что некоторые каменные лабиринты Северной Финляндии также назывались Pietarin leikki («Игра Петра»), Pietarin karaus («Побег Петра») и Pietarin juoksu («Петровские гонки») [2].

На первый взгляд, сюжет этой игры может показаться несколько странным проявлением средневекового народного антисемитизма, который был распространен в Европе того времени. Однако, с учетом достаточно убедительной связи лабиринтов средневековой Европы с христианством, этот момент можно рассмотреть и с другой стороны. Например, прообразом для сюжета этой народной игры вполне можно допустить известную историю из ветхозаветной книги пророка Ионы:

«4. Но Господь воздвиг на море крепкий ветер, и сделалась на море великая буря, и корабль готов был разбиться.
5. И устрашились корабельщики, и взывали каждый к своему богу, и стали бросать в море кладь с корабля, чтобы облегчить его от нее; Иона же спустился во внутренность корабля, лег и крепко заснул.
6. И пришел к нему начальник корабля и сказал ему: что ты спишь? встань, воззови к Богу твоему; может быть, Бог вспомнит о нас и мы не погибнем.
7. И сказали друг другу: пойдем, бросим жребии, чтобы узнать, за кого постигает нас эта беда. И бросили жребии, и пал жребий на Иону.
8. Тогда сказали ему: скажи нам, за кого постигла нас эта беда? какое твое занятие, и откуда идешь ты? где твоя страна, и из какого ты народа?
9. И он сказал им: я Еврей, чту Господа Бога небес, сотворившего море и сушу.
10. И устрашились люди страхом великим и сказали ему: для чего ты это сделал? Ибо узнали эти люди, что он бежит от лица Господня, как он сам объявил им.
11. И сказали ему: что сделать нам с тобою, чтобы море утихло для нас? Ибо море не переставало волноваться.
12. Тогда он сказал им: возьмите меня и бросьте меня в море, и море утихнет для вас, ибо я знаю, что ради меня постигла вас эта великая буря
» [5, 897–898].

В этой цитате можно обнаружить следующие ключевые пересечения с игрой святого Петра: бросание жребия при критической ситуации на море и разделение пассажиров с указанием национального (религиозного?) признака. Следует отметить, что сюжет книги пророка Ионы был распространен шире иных ветхозаветных сюжетов, и в его корнях в народной «игре святого Петра» нет ничего странного. Однако при этом остается неясной привязка этой игры именно к образу святого Петра.

На явное знакомство с книгой пророка Ионы указывает встречающееся на Балтике название каменного лабиринта Ниневией (в Финляндии известны каменные лабиринты, называемые Ninives stad («Город Ниневия»), в Швеции – Ninive («Ниневия») [2]. Очевидно, что об упоминаемой в книге пророка Ионы древнеассирийской столице Ниневии, разрушенной в 612 году до н.э. и открытой английским археологом О. Г. Лэйардом только в 1847 году, средневековые балтийские рыбаки могли узнать только из этой библейской книги.

Как и почему этот мотив оказался популярным на берегах Балтики в Средние Века? Здесь следует обратить внимание, что при данном подходе актуальная для прибрежных жителей задача (защита от шторма) «решалась» на уровне принятой религиозной доктрины (христианства), а средневековое население Северной Европы, несомненно, отличалось большой религиозностью [13, 7–23]. Таким образом, из Священного Писания был заимствован наиболее соответствующий насущным нуждам балтийских рыбаков мотив, что обусловило популярность этой игры среди шведского приморского населения.

Необходимо также отметить, что «спасение от шторма при помощи лабиринта», скорее всего, имеет корни в именно этом алгоритме игры, заимствованном из книги пророка Ионы, а отнюдь не в неких «магических свойствах лабиринтов», которые якобы могут защитить от стихии. Вероятно, здесь мы имеем дело с утратой первоначальной логической связи лабиринта, игры Св. Петра и алгоритма действий в шторм из книги пророка Ионы, при которой передаточные звенья были упущены и осталось лишь актуальное значение в упрощенной форме: «лабиринт защищает от шторма» («лабиринт может делать погоду»), что можно признать более поздней трактовкой.

Если и возможно рационально рассматривать какой-либо «магический» аспект данного поверья, то, вероятно, в рамках взаимосвязи «выиграл в игре – повезет и в настоящий шторм», что в свою очередь, можно рассматривать и как своеобразное гадание или призывание удачи.

Если к сюжету игры и его исходному контексту вполне можно применить выше озвученные выводы, то относительно происхождения алгоритма самой «игры Святого Петра» существует еще одно интересное замечание. В книге Г. Керна [8, 345] есть упоминание: «Это повсеместно распространенное развлечение – в Германии оно известно под разными названиями «Josephsspiel» («Игра Иосифа»), «Judenersäufespiel» («Игра утопи евреев»)». «Игра Иосифа» – она же задача или считалка Иосифа – действительно имеет тот же алгоритм, что и игра святого Петра, и тоже была распространенной в Средние Века забавой. Возникновением своим эта игра обязана одному случаю, описанному Иосифом Флавием в книге Иудейская война (название игры происходит от имени автора этой книги). В ходе войны римлян с евреями последние были осаждены в крепости и, чтобы не сдаваться врагу, кидали жребий так, чтобы «…тот, на кого падет жребий, умрет от рук ближайшего за ним, и таким образом мы все по очереди примем смерть один от другого и избегнем необходимости сами убивать себя; будет, конечно, несправедливо, если после того, как другие уже умрут, один раздумает и останется в живых. Этим предложением он вновь возвратил себе их доверие; уговорив других, он сам также участвовал с ними в жребии. Каждый, на кого пал жребий, по очереди добровольно дал себя заколоть другому, последовавшему за ним товарищу, так как вскоре за тем должен был умереть также и полководец, а смерть вместе с Иосифом казалась им лучше жизни. По счастливой случайности, а может быть, по божественному предопределению, остался последним именно Иосиф еще с одним. А так как он не хотел ни самому быть убитым по жребию, ни запятнать свои руки кровью соотечественника, то он убедил и последнего сдаться римлянам и сохранить себе жизнь» [7, 226]. Решению этой своеобразной математической задачи посвящены в т. ч. и исследования ХХ века [1, 22–28; 14, 129–151].

Таким образом, можно констатировать, что игра святого Петра, вероятно, была распространенной народной забавой в средневековье на Балтике, воплощающей в себе актуальные потребности приморского населения в совокупности с религиозными представлениями той эпохи.

Каменный лабиринт и игра Святого Петра: возможная реконструкция связи

Взаимосвязь игры Святого Петра с каменными лабиринтами до сих пор представляет собой загадку. Исследователи предполагают лишь связь игры с прохождением лабиринта. Достоверно известно, что игра была считалкой на выбывание. Чтобы попытаться разобраться в возможной связи игры со структурой каменного лабиринта, рассмотрим два варианта игры: «Загадка Иосифа»: играют 40 игроков – должны остаться двое, пересчет на 3 и «Игра Святого Петра»: 30 игроков – должны остаться 15, пересчет на 9.

Жирным шрифтом отмечены выбывающие по считалке игроки на каждый круг пересчета.

Загадка Иосифа

Первый круг пересчета:
1,2,3,4,5,6,7,8,9,10,11,12,13,14,15,16,17,18,19,20,21,22,23,24,25,26,27,28,29,30,31,32,33,34,35,36,37,38,39,40

Второй круг пересчета:
1,2,4,5,7,8,10,11,13,14,16,17,19,20,22,23,25,26,28,29,31,32,34,35,37,38,40

Третий круг пересчета:
1,4,5,8,10,13,14,17,19,22,23,26,28,31,32,35,37,40

Четвертый круг пересчета:
1,5,8,13,14,19,22,26,28,32,35,40

Пятый круг пересчета:
1,8,13,19,22,28,32,40

Шестой круг пересчета:
1,13,19,28,32

Седьмой круг пересчета:
1,13,28,32

Из данного алгоритма видно, что пересчет заканчивается за 7 кругов и выигрывают условные номера № 13 и 28.

Игра Св. Петра

Первый круг пересчета:
1,2,3,4,5,6,7,8,9,10,11,12,13,14,15,16,17,18,19,20,21,22,23,24,25,26,27,28,29,30

Второй круг пересчета:
1,2,3,4,5,6,7,8,10,11,12,13,14,15, 16,17,19,20,21,22,23,24,25,26,28,29,30

Третий круг пересчета:
1,2,3,4,5,7,8,10,11,12,13,14,15,17,19,20,21,22,23,24,25,28,29,30

Четвертый круг пересчета:
1,2,3,4,5,8,10,11,12,13,14,15,17,20,21,22,23,24,25,28,29

Пятый круг пересчета:
1,2,3,4,5,8,10,11,13,14,15,17,20,21,22,23,25,28,29

Шестой круг пересчета:
1,2,3,4,5,10,11,13,14,15,17,20,21,23,25,28,29

Из данного алгоритма видно, что пересчет заканчивается за 6 кругов и выигрывают номера № 1,2,3,4,10,11,13,14,15,17,20,21,25,28,29.

В обоих вариантах игра завершается на 6–7 круге пересчета. Если учесть, что для игры игроки становились кругом, то пересчет, по сути, шел по спирали, постепенно сужая круг игроков за счет выбывания. Это очень похоже на структуру лабиринта с сужающимися кольцами дорожек. Можно предложить следующий вариант: перед началом игры игроки становились вокруг лабиринта и начинали пересчет. Завершив один круг пересчета, часть игроков выбывает, а остающиеся делали шаг вперед к центру лабиринта (через стенки лабиринта). Так, после каждого круга оставшиеся игроки на шаг приближались к центру лабиринта до тех пор, пока пересчет не заканчивался. Подчеркнем, что игроки движутся не по дорожкам-проходам лабиринта, а поперек них, радиально к центру.

В итоге, на 6 или 7 круге пересчета, в зависимости от варианта игры, оставшиеся игроки оказывались в центральной части лабиринта. Скорее всего, эти оставшиеся игроки должны найти выход из лабиринта уже по его дорожкам. Возможно, это делали, разделившись и двигаясь в разных направлениях. Данная трактовка может объяснить, как игра «на выбывание» может быть связана с лабиринтом. Интрига игры заключается в том, что, в зависимости от количества игроков, заранее трудно угадать, кто именно останется, и неясно, в какой именно части лабиринта они окажутся, и куда им нужно двигаться, чтобы прийти к выходу. При этом структура классического лабиринта (рис. 8) позволяет играть разному количеству игроков.

Рис. 8. Схема радиального движения игроков к центру лабиринта (стрелки) и уровни или шаги (цифры). Рис. автора.
Рис. 8. Схема радиального движения игроков к центру лабиринта (стрелки) и уровни или шаги (цифры). Рис. автора.
 

Приведенная реконструкция может объяснить следующие моменты:

  1. Согласно данному сюжету игры, «выжившие в шторм проходят лабиринт», что совпадает с известными фольклорными сведениями. Так, первая часть игры состоит из пересчета на выбывание с одновременным продвижением в центр лабиринта («жеребьевка»). Во второй части оставшиеся игроки должны найти выход из лабиринта по его дорожкам.
  2. Упоминание в фольклоре о том, что «войти в лабиринт легко, а выйти трудно» будет соответствовать действительности только в случае, если входить в лабиринт не по дорожке, а через стенки, прямо к центру. В противном случае, войдя в лабиринт по дорожке, не составит труда выйти по ней же обратно.
  3. Шести-семишаговая структура обоих рассмотренных вариантов игры соответствует структуре колец классического лабиринта.
  4. Фольклорное указание о «защите от штормов при помощи лабиринта» может быть связано именно с этой распространенной средневековой народной забавой шведских рыбаков, о чем говорит сюжет игры, явно пересекающийся с книгой пророка Ионы.

В заключение можно отметить, что выше рассмотренные нюансы, связанные с каменными лабиринтами, могут указывать на ряд связанных с ними ключевых моментов:

  1. Обзор известных сведений, связанных с каменным лабиринтом на острове Южный Виргин, показывает всю сложность как известных народных представлений о подобных объектах, так и современного их изучения.
  2. Анализ сюжета игры Св. Петра позволяет установить ее связь не только с популярной в Средневековье «задачей Иосифа», но и сюжетом ветхозаветной книги пророка Ионы, на которую указывают также названия некоторых лабиринтов («Ниневия»).
  3. Представленная возможная реконструкция игры Св. Петра позволяет связать воедино алгоритм игры и структуру «классического» лабиринта, что, в свою очередь, может приблизить понимание различных аспектов данной игры.

Сноски:

  1. В этих разведках в 2006–2007 годах принимали участие Л. Антонова, С. Бельский, О. Додонова, А. Боев, А. Лаврентьев и др.

Литература

  1. Алексеев, М. А. Задача Иосифа Флавия / М. А. Алексеев // Империя Математики. – 2001. – № 2. – С. 22–28.
  2. Архив автора, персональное сообщение от Дж. Крафта, 29 июня 2014.
  3. Бельский, С. В. Каменные лабиринты побережья Выборгского залива Балтийского моря (к постановке проблемы) / С. В. Бельский // Первобытная и средневековая история и культура европейского Севера: проблемы изучения и научной реконструкции. – Соловки, 2006. – С. 122–127.
  4. Бэр, К. Лабиринтоподобные каменные выкладки на Русском Севере, 1844 / К. Бэр; пер. Д. Курдюковой // Сейды, лабиринты, древние камни Арктики. – СПб.: Гйоль, 2014. – С. 181–190.
  5. Ветхий Завет. Книга пророка Ионы, 1:4–12. – Helsinki: Avainsanoma ry. – C. 897–898.
  6. Глазкова, Е. А. Таинственный архипелаг в Финском заливе / Е. А. Глазкова, П. Б. Глазков // Природа. – 2007. – № 1. – C. 55–66.
  7. Иосиф Флавий. Иудейская война. – М.: Мосты Культуры, 2008. – Кн. 3. – С. 226.
  8. Керн, Г. Лабиринты мира / Г. Керн. – СПб.: Азбука-классика, 2007. – С. 345.
  9. Hamari, R. Suomenlahden ulkosaaret; Lavansaari, Seiskari, Suursaari, Tytarsaari / R. Hamari, M. Korhonen, T. Miettinen, I. Talve. – Helsinki, 1996. – Pp. 65–67.
  10. Kraft, J. Labyrint och ryttarlek / J. Kraft // Fornvannen. – 1977. – № 72. – S. 61–80.
  11. Kraft, J. From Troy to Paris: Labyrinth Lore from an Easterly Outpost / J. Kraft // Caerdroia. – 2009. – № 39. – Pp. 2–7.
  12. Uino, P. Ancient Karelia. Archaeological studies / P. Unio // Suomen Muinaismuistoyhdistyksen Aikakauskirja 104. – Helsinki – Jyväskylä: Gummerus Kirjapaino Oy, 1997. – P. 338.
  13. Westerdahl, Ch. The Stone Labyrinths of the North / Ch. Westerdahl // Caerdroia. – 2014. – № 43. – Pp. 7–23.
  14. Wilhelm, А. Das Josephsspiel, ein arithmetisches Kunststück / А. Wilhelm // Archiv für Kulturgeschichte. – 1914. – Vol. 11. – Pp. 129–151.

Автор выражает благодарность J. Saward, J. Kraft, B. Stjernström за присланные материалы и обсуждения.

Об авторе: Вячеслав Григорьевич Мизин (Санкт-Петербург), независимый исследователь, действительный член Русского географического общества.

Данный доклад был представлен в заочной форме на конференции «Таинственная Беларусь-2018» 3 февраля 2018 года.


Вячеслав Мизин 01.07.2018
 
Если у вас есть дополнительная информация по этой публикации, пишите нам на ufocom@tut.by Подписывайтесь на наш телеграмм или вайбер каналы, чтобы всегда быть в курсе событий.
 
 
Особняк Вудчестера: самое загадочное место Англии?
НЛО и АЯ 7
Особняк Вудчестера: самое загадочное место Англии?
Недостроенный особняк второй половины XIX века, расположенный в английском Вудчестере, в графстве Глостершир, представляет собой не только масштабное строение в неоготическом стиле, привлекательное для туристов, но и объект интереса для исследователей паранормальных явлений. Роберт Сноу, бывший генеральный секретарь лондонского «Клуба привидений», специально для Проекта «Уфоком» поделился своими впечатлениями о том, с чем ему лично как очевидцу довелось встретиться в этом месте.
Вышла книга: "Культовые камни Восточной Европы: Беларусь, Латвия, Литва, Россия"
Проекты 2
Вышла книга: "Культовые камни Восточной Европы: Беларусь, Латвия, Литва, Россия"
В начале июня 2018 года в питерском издательстве "Гуманитарная Академия" вышла долгожданная коллективная монография "Культовые камни Восточной Европы: Беларусь, Латвия, Литва, Россия", где, в числе прочего, были опубликованы результаты астроархеологических экспедиций "Уфокома", прошедших в 2011–2016 годах. Сегодня мы публикуем небольшой комментарий от ее составителя – независимого исследователя Вячеслава Мизина – который как раз задумал и осуществил это начинание.