Вячеслав Мизин
Вячеслав Мизин
исследователь культовых камней
E-mail: vyacheslavmizinspb@gmail.com

Зачем в XXI веке нужна сакральная география?

Есть ли у древних знаний пересечения с современностью?

На первый взгляд может показаться, что сакральная география – это очень отвлеченное занятие для пробитых в теме фанатов, увлеченных исследованием древних памятников, их соотнесений между собой и всем сопутствующим бэкграундом. Если смотреть на тему узко, то это так и есть, но если выйти за рамки сугубо исследовательские и сделать шаг в практическую плоскость, то картина будет совершенно иная. Недавно меня заинтересовал один проект, принятый в Казахстане на государственном уровне. Этот проект нацелен на изучение сакральных мест, их популяризацию с целью сохранения аутентичности территории. Идея правильная, но слишком ограниченная. На самом деле тематика и объем знаний по сакральной географии гораздо шире и в разы ближе к обычной современной жизни, чем просто охрана культовых памятников и их пропаганда.

Также по теме
Многие сакрализованные объекты ландшафта, согласно поверьям, издавна считались лечебными. Люди верили, что они способны забирать болезни. В народе такие камни, родники, озёра, холмы и деревья получили названия наподобие Святой Камень, Святой Дуб, Лечебный Камень (Гаюн), Родник Лекаровка, Родник Здоровец, Добрая Вода, Живая Вода и др. За лечение следовало обязательно оставлять пожертвование – цветы, ягоды, грибы, полотно, рушник (ритуальное полотенце), овощи, фрукты, шерсть, деньги и др.

Большинство современных знаний о земле, накопленных на протяжении 20 века, были сосредоточены на извлечении полезных ископаемых, однако в 21 веке был сделан серьезный шаг вперед, причем сразу с нескольких сторон. Этот шаг направлен на изучение и обозначение всевозможных геопатогенных зон, приносящих вред и опасных для человека. Практически речь идет об актуализации в современной повестке хорошо известных издревле «гиблых мест».

Приведу несколько примеров. На наших дорогах можно встретить информационные щиты с надписями типа «Аварийно-опасный участок 1 км». Такие места вычисляются не приборами и хитрыми методами, а самым простым решением – статистикой. То же самое можно сказать про блудные участки в лесу – уже составлены карты таких территорий, в них устанавливают указатели на ближайшие населенные пункты, которые должны снять нагрузку на МЧС по поиску людей в таких местах (фото 1). Опять же никакой мистики – только статистика – там, где никто не блуждает, никто такие указатели в лесу ставить не будет.

1.jpg

Фото 1. Указатель в лесу. Фото Л. Базаровой.

Еще один пример, и тоже основанный на статистике – распространение в области бича нашего времени – онкологии. Статистика указывает, что есть места, где риск заболеть раком в два раза выше, чем в соседнем районе. Например, в Сосновом Бору этот риск в два раза ниже, чем в Копорье, Гатчине или Ломоносове. Этот феномен на данный момент не имеет внятного объяснения, была попытка объяснить это влиянием тектонических разломов, радоном, но достоверной и тесной корреляции тут нет. Также это не совпадает ни с промышленными районами, ни с чернобыльским следом. По существу, мы имеем подход с другой стороны к древнему знанию о том, как устроена земля, где лучше жить, а где не появляться. Пока без объяснения, но это пока.

Приведу еще несколько примеров из другой плоскости. Издавна известно, что нельзя разрушать древние священные места, так как это приведет к беде – тому есть множество фольклорных примеров. А теперь визуализация этого табу на примере нескольких скриншотов из соцсетей по Ольховке, где древние культовые камни уничтожаются (фото 2). Что видим в итоге – конфликтные ситуации, оползни, несколько пожаров, несчастный случай с летальным исходом.

2.jpg

Фото 2. Разрушение сакральных мест (на примере Ольховки).

Конечно, каждый такой эпизод мог произойти где угодно, но и тут никакой мистики, просто статистика, демонстрирующая, что к месту разрушаемого древнего святилища неприятности как магнитом притягивает. То же самое касается запрета строиться на жальниках, «шведских кладбищах», «коломках» и тому подобных местах. Можно на это наплевать, а можно еще раз посмотреть на пример Ольховки и задуматься, надо ли вам такое? Полагаю, вряд ли.

С другой стороны, нередко сакральные места становились первыми заповедниками – любая хозяйственная деятельность в них была запрещена. В Ленобласти таким древнейшим заповедником можно назвать гору Хауккавуори (фото 3). Так сохранялись не только выразительные формы рельефа – горы, скалы, острова, но и отдельные валуны, деревья и рощи.

3.jpg

Фото 3. Гора Хауккавуори. Фото автора, 2017 год.

При этом я не склонен абсолютизировать древние знания о Земле. Эти знания были получены людьми, жившими в другие эпохи и в других условиях. Новые времена нам дают новые поводы для познания свойств Земли. В качестве примера приведу источники в Лопухинке (фото 4). Эти источники не были святыми и почитаемыми в древности, но целебные свойства воды были замечены и использованы уже в 1840-х годах, когда здесь была построена водолечебница. При этом до выяснения причины целебных свойств этой воды оставалось еще около 80 лет (!). Т.е. вода использовалась, поскольку была эффективна, без какого-либо научного объяснения. И это в просвещенном XIX веке.

4.jpg

Фото 4. Лопухинские воды. Фото автора, 2019 год.

К слову, газ радон, придающий этой воде необычные свойства, был открыт только на заре XX века, а его целебные свойства еще позже. Этот пример показывает, что целебные свойства других почитаемых родников, которые сейчас активно используются населением, тоже без всякого научного объяснения, мы просто пока не знаем. Нет ничего невероятного в том, что завтра может быть открыто что-то, что объяснит эффекты исцеления людей в Пиллово, Турово, Сяберо и других подобных местах. Опять же статистика: если бы в этих местах никто не исцелялся, то народ бы туда и не ездил. Из глубокого прошлого дошло до нас четкое разграничение родников на «обычные» и священные/целебные. Этот аспект представляется мне особенно интересным, поскольку открывает новые грани познания окружающего мира и нас самих. То же можно сказать и про священные рощи – такое недавно возникшее направление, как дендротерапия, возможно, сможет объяснить некоторые древние ритуалы в священных рощах.

В целом мы видим, что та совокупность древних знаний, которые мы сейчас называем «сакральной географией» вполне пересекается с современными нуждами и потребностями людей. Актуализация этих знаний может улучшить нашу жизнь на Земле, сделать её более осмысленной и безопасной в плане понимания природы и свойств Земли. На мой взгляд, у человека нет вариантов существования, кроме как в глубоком симбиозе с окружающей средой, для чего нужно её понимание, и древние священные места, хранящие многовековой опыт взаимодействия человека с миром, могут нам в этом помочь.

Также по теме
Данная статья является первой пробной работой, выполненной в 2016 году, и основанной на концепции порайонной систематизации данных из собранного автором Архива сведений по сакральным и мифологическим местам Ленинградской области (на сентябрь 2022 г. состоящего из V томов, включающих 664 упоминания). В порядке эксперимента, был выбран район с достаточно большой антропогенной нагрузкой в ХХ веке, где практически нет шансов на сохранение упоминаемых в исследовании объектов.

24.01.2023
 
Если у вас есть дополнительная информация по этой публикации, пишите нам на ufocom@tut.by Подписывайтесь на наш телеграмм канал, чтобы всегда быть в курсе событий.
 
 
Юстин Кернер и ясновидящая из Преворста
Полтергейст 3
Юстин Кернер и ясновидящая из Преворста
Немецкого доктора Юстина Кернера в наше время помнят только как исследователя, впервые выделившего ботулинический токсин из испорченных продуктов и испытавшего его действие на себе. Его работы, посвященные «ночной стороне природы» – духам, призракам, одержимости, ясновидению, сомнамбулизму и прочим тайнам мироздания оказались прочно забытыми.
Новые сведения о Камне Пятнице (д. Конезерье, Лужский район)
Сакральная география 1
Новые сведения о Камне Пятнице (д. Конезерье, Лужский район)
Камень Пятница у д. Конезерье (Лужский район) является одним из немногих культовых камней Ленинградской области, которые были исследованы археологическими методами в 1980 годы. В 2010–2012 годах он стал одной из экспериментальных площадок в нашей программе исследования сакральных мест. В статье представлены некоторые результаты этих работ.