Камни – окаменевшие люди, животные, мифологические персонажи в фольклоре и ландшафте Латвии

В преданиях разных народов можно встретить множество примеров с мотивом превращения в камень – как божьей кары, результата заклятия или просто магической трансформации. Подобных колоритных преданий об окаменении живого существа, мифологического персонажа или даже неодушевленного предмета немало как в Беларуси, Литве, так и в землях прусов. Камни, относящиеся к данной тематике, встречаются и в Латвии. Автор настоящей статьи уже касалась этой темы в работе, посвященной мифологическим камням Латвии [6]. Цель публикации – представить читателю более подробный материал об этих камнях. В публикации использованы как предания, которые были собраны в 20-е и 30-е годы прошлого века, так и фольклорные собрания наших дней. Предания, почерпнутые из Хранилища латышского фольклора Института (ХЛФ) литературы, фольклора и искусства Латвийского Университета, в тексте отмечены соответствующим номером учета в картотеке хранилища.

К сожалению, многие камни в результате уничтожения или забвения исчезли из ландшафта Латвии. Но если в предании указывалось, где находился камень, мы это отмечаем в своем пересказе, даже зная, что это уже не соответствует нынешним реалиям. Считаем, что такая информация важна для того, чтобы читатель понял, что во всех преданиях речь идет о конкретных, когда-то реально существовавших объектах мифологического ландшафта.

Превращенные люди и животные. В Латвии наиболее популярное предание об окаменевшей девочке связано не с отдельно стоящим камнем, а с известняковой скалой (рис. 1). Скала Стабурагс, ныне затопленная водами водохранилища на реке Даугава при строительстве Плявиньской ГЭС, стояла на левом берегу Даугавы в Стабурагской волости Яунелгавского края. Согласно основному сюжету предания (ХЛФ 584,710), девушка Стабурадзе была влюблена в рыбака. Однажды, когда парень рыбачил, она смотрела на него, стоя на берегу. Поднялась буря и затопила лодку с рыбаком, а стоявшая на берегу и плачущая девушка окаменела. Согласно другому сюжету (ХЛФ 1955,14811), влюбленную в рыбака девушку родители хотели выдать за богатого, но нелюбимого жениха. Она молилась Богу (Dievs) и латышскому божеству Лайме, чтобы они превратили ее лучше в скалу, чем выйти замуж за нелюбимого. Ее молитва была услышана. В рамках нашей темы немаловажно и следующее предание (ХЛФ 1955,14313), в котором отмечено, что скала по своей форме напоминает женщину, продолжающую плакать, так как скалу пронизывают много мелких родников.

Рис. 1. Скала Стабурагс. Фото (27826-4) из фондов Айзкрауклского музея истории и искусства.
Рис. 1. Скала Стабурагс. Фото (27826-4) из фондов Айзкрауклского музея истории и искусства.
 

В предании (ХЛФ 17,25755), записанном в Вилькенской волости Лимбажского края, девочка от горя и тоски превращается не в скалу, а в камень. Невеста, брошенная женихом, кинулась в реку Светупе и превратилась в большой камень. В двух последующих преданиях тоже рассказывается о девочках брачного возраста, но причиной их окаменения была не тоска, а встреча с мифическим персонажем хтонического происхождения. Так в усадьбе Ратниеки Стразденской волости Талсенского края записано предание (ХЛФ 194,736) о камне, по форме напоминающим силуэт наклоняющегося человека. Девочка в полдень в лесу собирала ягоды, к ней подошел галантный господин и начал приставать. Девочка бросилась убегать, а рассерженный отказом черт (а это был именно он) погнался за ней и, догнав, пнул ногой по заднице. Тогда девочка превратилась в камень, на котором видно углубление от стопы черта. Согласно преданию (1600,27730), в Тауренской волости Вецпиебалгского края во дворе усадьбы Юркани находится большой камень. Когда-то во двор заползла жаба и потребовала, чтобы ей в жены отдали хозяйскую дочь. Но девочка отказалась от сватовства. На месте, где стояла девочка и сидела жаба, появился камень. Упомянутые камни в наши дни исследователями пока не обнаружены.

Предания (ХЛФ 1400,15645 и 17,23277) из Кекавского края рассказывают о жрицах священной рощи, которая находилась у усадьбы Гаракмени в месте, где речка Берзе втекает в Даугаву. Во время войны с литовцами две жрицы, преследуемые врагами, взмолились о помощи богу грома Перконс (аналог славянского бога Перуна). Помощь была своеобразной: одну из них он превратил в камень, в форме которого угадывался силуэт женщины, а другую в родник.

В других преданиях окаменение выступает в качестве кары за разные грехи: воровство, болтливость, злобность. В городе Талси записано предание (ХЛФ 1472,3099) об Опоясанном камне (Jostakmens). Однажды старушка около ворот городища увидела грязную посуду и вымыла ее, а на следующий день тут вновь была оставлена посуда, но уже вместе с деньгами. Так продолжалось каждый день, до тех пор, пока старушка не украла один ковш. В наказание за это гном, которому, как оказалось, принадлежала эта посуда, поясом привязал старушку к камню. Схожее предание о городище имеется в городе Тукумс (ХЛФ 1108,938). Некая женщина убирала комнаты в подземном замке. Ей было приказано никому не рассказывать об этом, но женщина однажды проболталась мужу и в тот же миг оба превратились в камни.

Камень жрицы был расколот при строительстве дороги, о местонахождении остальных сведений нет. И мы не узнаем, действительно ли некоторые из них по своей форме могли напоминать человека.

В культурно-исторической области Курземе, в Мерсрагском крае, под названием Камень Святых дев (Svētmeitu akmens) нам известен единственный сохранившийся камень – якобы окаменевшая женщина. Согласно преданию (ХЛФ 924,1), этот камень подобен силуэту женщины. Злая карга, сидя на камне, просила Бога, чтобы тот сделал худо ее соседке, но Бог превратил в камень саму женщину. Следует заметить, что вопреки преданию, уловить хоть какое-то сходство между камнем и силуэтом женщины невозможно (рис. 2). Этот камень связан с более широким кругом преданий. Большинство из них рассказывает о прядущей святой деве, но в рамках нашей темы наиболее интересно иное предание (ХЛФ 622,208). Морские разбойники привели к камню и зарезали какую-то девочку. Именно поэтому один конец камня отколот в виде тонкой пластины – это двери, через которые девочка или ее душа вошла в него. В новогоднюю ночь камень краснеет от крови, и внутри камня слышно жужжание самопрялки. Отметим, что в преданиях белорусов и литовцев также кровоточат камни – окаменевшие люди и животные. Также в преданиях иногда бывает сложно провести грань между окаменевшим человеком и его душой, нашедшей в камне пристанище. Наконец, в Литве, Беларуси с одними и теми же камнями связаны как мотивы окаменения, так и мотивы изготовления одежды и обуви.

Рис. 2. Камень святых дев. Фото – М. Зелтиньш.
Рис. 2. Камень святых дев. Фото – М. Зелтиньш.
 

Камень Гертрудес (рис. 3) – единственный автору статьи известный камень-окаменевший ребенок. Согласно преданию (ХЛФ 1722,3428), колдунья Гертруде родила ребенка, принесла и положила на границу волостей Анце и Попе Вентспилского края. Ребенок заплакал и превратился в камень.

Рис. 3. Камень Гертрудес. Фото автора.
Рис. 3. Камень Гертрудес. Фото автора.
 

В двух случаях окаменели мальчики-подростки – пастушки свиней. В обоих случаях это произошло после того, как мальчики попали в провалившийся под землю замок. Согласно преданию из Дундагского края (ХЛФ 409,206), мальчику удалось угадать имя провалившегося замка – Дундага, тот поднялся на поверхность земли, люди и животные ожили, а сам мальчик превратился в камень, который долгие годы находился на городище Пуйшу Калнс (Гора Парней). Люди приносили ему пожертвования как идолу зимой и летом. Согласно другому преданию (ХЛФ 981,3) из уже упомянутой усадьбы Ратниеки Стразденской волости, в поле есть камень, по внешнему виду напоминающий человека. Пастушок, разыскивая свинью, которая залезла в старый колодец, оказался в подземном замке, ел там и пил, а на третий день, выйдя на поверхность земли, превратился в камень. Не исключено, что в обоих случаях речь шла об одном и том же ныне утерянном камне.

Следующее предание из Анценской волости Вентспилского края (ХЛФ 1493,644) тоже о пастушке. В болоте Акменьпурвс мальчик пас коров. Появился черт и потребовал, чтобы мальчик отдал их ему, но тот отказался выполнять требование. Черт, разозлившись, превратил коров и пастушка в камни. Отмечено, что камень, в который превратился пастушок, растет. В свою очередь, в предании (ХЛФ 1493,6483) рассказывается о камне на болоте Яньпурвс, к которому подошел некий мужичок и превратился в камень. На этом камне можно рассмотреть лицо человека (рис. 4). Поскольку речь идет о болотах незначительных размеров, здесь не исключено совпадение соответствующих природных объектов.

Рис. 4. Камень в болоте Яньпурвс. Фото автора.
Рис. 4. Камень в болоте Яньпурвс. Фото автора.
 

В следующих преданиях в камень превращается взрослый мужчина, который оказывался либо просто околдованным, либо наказанным за человеческие слабости, такие как бесчестие, любопытство, ругань матом.

Согласно преданию, из Эдолской волости Кулдигского края (ХЛФ 1010,841), камень, находящийся на островке мельничного озера в парке имения Эдоле, чем-то напоминает человека. Это принц, которого злая колдунья превратила в камень. Если в полночь его поцелует девушка, он опять станет человеком. В другом предании (ХЛФ 1602,212) рассказывается, что это сын помещика Эдоле, которого колдунья заколдовала за то, что он совратил и бросил служанку. В полночь якобы можно увидеть его сидящим на камне.

В предании (ХЛФ 955,116) рассказывается о горе Картаву (Kartavu kalns) вблизи поселка Дундага Дундагского края, на которой гномы устраивали свои собрания. Вождь латышского племени подкрался к ним, чтобы подслушать, о чем они говорят, но гномы это заметили и превратили его в камень. На упомянутой горе и в наши дни можно увидеть несколько любопытных камней (рис. 5). В переводе название горы означает Гора виселиц.

Рис. 5. Камень на горе Картаву калнс. Фото автора.
Рис. 5. Камень на горе Картаву калнс. Фото автора.
 

Согласно преданию (ХЛФ 387,11071), в болоте Вецпилской волости Дурбенского края пировали черти и ведьмы. Какой-то парень подкрался, чтобы посмотреть на них, но был замечен. Черти превратили его в камень. В предании (ХЛФ 667,2389) из Глудской волости Елгавского края сообщается о злом барине, который вдобавок ко всему постоянно матерился и поминал черта. Однажды ночью в дождливую погоду он ехал домой, и ему нужно было переправиться по мосту Кажмеру на противоположный берег реки Тервете. Барин в негодовании воскликнул, что лучше черт бы его побрал, чем переправляться в такую погоду. Черт затащил барина в реку и превратил в камень. Этот лежащий в реке камень имел название Барин (Муйжкунгс).

Согласно преданию (ХЛФ 981,1), около хутора Белтес Вирбской волости Талсенского края находился большой камень. Раньше его там не было. Парню приснилось, что нужно прийти на то место в полночь и вырыть клад. Ему было страшно идти одному, поэтому он с собой прихватил пастушка. При рытье ямы парень натолкнулся на что-то твердое. Тогда в яму запрыгнул и пастушок, чтобы помочь поднять найденное, но в тот же миг парень провалился сквозь землю, а пастушок превратился в камень. Три вышеупомянутых камня в наши дни исследователям также не известны.

В предании (ХЛФ 17,21589) о городище Дигная в Екабпилском крае не поясняется, как и почему парень был превращен в камень. Просто на городище находился такой камень, и в Янову ночь, когда парни и девушки веселились вокруг него, сердце камня не выдержало, и тот скатился к подножью горы.

По преданиям (ХЛФ 1493,189 и 1493,6476), вблизи дома лесника Меллауши Анценской волости находилось два продолговатых камня: один лежащий, другой стоящий вертикально. Когда-то там сражались помещики имений Дундага и Попе, которые ранили друг друга и окаменели. Но победителем из них был признан все-таки помещик из Попе, так как в те времена волость Анце была присоединена к волости Попе. В наши дни из двух камней сохранился один – стоящий, прозванный Острый камень (Spicakmens), но и тот опрокинулся (рис. 6).

Рис. 6. Спицакменс в лесу Анценской волости. Фото автора.
Рис. 6. Спицакменс в лесу Анценской волости. Фото автора.
 

Ниже речь пойдет еще о нескольких камнях, которых исследователям также не удалось обнаружить. Так, предание (ХЛФ 637,508) из Яунпиебалгского края повествует о силаче, которого по дороге в Ригу задержали два грабителя. Он убил их одним взмахом руки. Те окаменели и еще долгое время были видны стоящими у дороги. Еще в одном предании рассказывается про появление двух больших камней в Гарсенской волости у усадьбы Вилюми (ХЛФ 1895,1774). В эти камни превратились старичок со своей женой потому, что попробовали плоды от заколдованной яблони. Похожие сюжеты преданий (ХЛФ 2012,603; 1602,2989; 929,52478) о парке Гарсене. Камни в парке – это окаменевшие люди, которые попробовали плоды волшебной яблони Гарсенской госпожи, к тому же утверждалось, что эти камни со временем росли. Сюжет о яблоне госпожи Гарсене довольно нетипичный.

Согласно преданиям, в основном люди превращается в камни, когда сквозь землю проваливаются дворцы и города, или когда воды озера затапливают усадьбы. Про гору Пулькю (Puļķu kalns) в волости Калнцемпью Алуксненского края одно предание (ХЛФ 1552, 7734) повествует, что господин велел своей прислуге побить какого-то старичка. Из-за этого дворец господина провалился сквозь землю, сам он превратился в гнилую чурку, а его прислуга – в камень. По преданию (ХЛФ 474,4) из Цесвайнского края, на горе Стикла калнс (Стеклянная гора) был дворец. Жившая там принцесса пообещала выйти замуж за того парня, которому удастся взобраться к ней по крутому склону. Когда это задание выполнил простой свинопас, она разозлилась и велела отрубить ему голову. Дворец провалился сквозь землю, а жившие там люди превратились в камни. Про болото Брукнас в Вецсаулской волости Баускского края предание (ХЛФ 456,9) рассказывает, что в давние времена там сквозь землю провалился заколдованный город. Если в пасхальную ночь кто-то угадает имя города, тот поднимется из-под земли, а превращенные в камни люди оживут.

Согласно преданию (ХЛФ 94,3976), озеро Дурбес путешествовало по воздуху и искало себе новое место. Впереди него скакал белый всадник и кричал, чтобы люди расходились, но те были заняты уборкой сена и не разошлись. Озеро упало в Дурбенском краю на непослушных людей, и они превратились в камни. Озеро Бабитес свое название получило от имени старушки Бабите. И хоть в предании (ХЛФ 1965,1482) Бабите – имя женщины, в нем можно рассмотреть и слово со значением «старушка, бабушка». Облако превратилось в озеро и упало на том месте, где Бабите пасла коров. Большой камень на берегу озера – это сама Бабите, камни меньших размеров – коровы. Следует отметить, что озеро Бабитес юго-западнее Риги является большим и популярным озером, но само это предание относится к другому, менее известному озеру в Циецерской волости Броценского края, ныне носящему имя Балтезерс.

Довольно обширный круг преданий имеется о возникновении озера Ремтес в Ремтской волости Броценского края. По преданию (ХЛФ 1594,1060), на дом обрушился водяной столб. Конь, который пасся неподалеку, был выброшен на берег и превратился в камень. Согласно другому преданию (ХЛФ 1965,11483), раньше там, где сейчас находится озеро Ремтес, проходила дорога. По дороге ехала свадебная процессия. В воздухе появилось большое облако, и жених сказал: «Это наверное озеро идет». Как только он это произнес, озеро упало. Большой камень – это лошадь с каретой. У другого камня наклонная поверхность – это невеста с фатой. Рядом с камнем невесты лежит обыкновенный камень – это жених. Остальные камни – участники свадьбы. Настораживает то, что это так подробно описывающее окаменевшую свадьбу предание записано довольно поздно, в 1963 году. В преданиях, записанных в двадцатые и тридцатые годы прошлого столетия, говорится только о появлении озера и об окаменевшем коне. К тому же, если в Литве и в Беларуси преданий об окаменевших свадьбах довольно много, то для Латвии они не столь характерны. Поэтому открытым остается вопрос, когда это предание было прикреплено к мифологическому ландшафту окрестностей озера Ремтес? Правда, только в каких-то 15 километрах от Ремте, по той же дороге Талси – Салдус около усадьбы Кулкампьи Циецерской волости, отмечен другой случай окаменения повозки с женщиной. Но в предании (ХЛФ 1894,1095) отсутствует мотив свадьбы: муж с женой ехали домой от города Талси, в роще услышали стенания. Муж отошел посмотреть, что там, а когда вернулся, не было уже ни жены, ни лошади, только у дороги лежал большой камень. У озер Балтезерс и Ремтес мы действительно обнаружили подходящие камни, но у нас нет достоверных подтверждений тому, что именно они упомянуты в преданиях.

В культурно-исторической области Видземе, по нашим сведениям, не имеется преданий об окаменевших свадьбах. Интерес представляет только один рассказ писателя Яниса Калниньша (1922–2000) «Вечность» (Mūžība). В рассказе говорится, что когда свадьба возвращалась с венчанья, жених на миг зашел навестить друга на кладбище. Умерший друг пригласил жениха к себе в могилу на стакан вина. Когда жених возвратился на этот свет, то обнаружил, что прошли не минуты, а столетия. Вместо свадебной процессии он увидел два камня: один побольше, другой поменьше. Выглядели те камни как конь с каретой. Встречные люди ему поведали, что здесь когда-то исчез жених, а ожидавшая его невеста окаменела [8]. Можно только гадать, откуда позаимствовал сюжет для своего произведения родившийся в Ропажском крае писатель – из услышанных в детстве преданий Видземе или из каких-либо других источников? Приведем и два фрагментарных сведения из культурно-исторической области Латгале про окаменевшие свадьбы. Согласно преданию, записанному в городе Краслава (ХЛФ 144,1044), в каменную гору превратилась невеста, не дождавшаяся жениха, который отправился к роднику утолить жажду. В картотеке топонимов Латвии Института литературы, фольклора и искусства Латвийского Университета под номером MG 1960 в селе Янюциемс Деменской волости Даугавпилского края отмечен топоним Рагану Калнс (Гора ведьм). Здесь ведьмы заколдовали свадьбу, превратив ее в большие камни, которые были видны на обочине дороги. На местности нам не удалось обнаружить эти объекты. По сравнению с соседними странами материал об окаменевших свадьбах у нас довольно малочислен. Но, насколько нам известно, лишь в Латвии встречается такая группа камней, которые считаются окаменевшими каретами черта. Основная причина превращения чертовой кареты в камень – задержка после полуночи и пение петуха [5].

Завершая тему о превращенных людях и животных, заметим, что в Беларуси распространены предания об окаменевших вместе с волами (быками) пахарях в наказание за работу в праздник. В этом контексте интересно предание (ХЛФ 739,7216), повествующее, как в одной деревне недалеко от города Даугавпилс гром убил в праздничный день работавшего пахаря. Правда, в нем нет упоминания о превращении пахаря в камень. Также краеведом Зелмарсом Ланцманисом в 1920 году была сделана заметка о каком-то камне со знаком в Видземе, Яунлайценской волости Алуксненского края. Камень назывался Повозка волов (Vēršu pajūgs).

Окаменевшие мифологические персонажи. Черт – самый популярный и колоритный персонаж латышской фольклора, и не случайно, что большинство интересующих нас преданий связанно именно с ним. По той или иной причине в камень может превратиться черт как в зооморфном, так и в антропоморфном обличии.

Своеобразен круг преданий о черте-лебеде. Они фигурируют в названиях трех озер, трех камней и одном сюжете предания. Так в Драбежской волости Аматского края один человек шел по берегу озера Арайши поздно вечером, на него напал большой черный лебедь и начал душить. Когда человек призвал господа, тот превратился в камень (ХЛФ 1700,2154). Таково же предание и в Гарсенской волости Акнистского края (ХЛФ 17, 25589) и об озере Укры Укрской волости Ауценского края, с тем лишь дополнением, что в этом озере в новогодние ночи блестят два огонька – глаза лебедя (ХЛФ 553,990). К сожалению, судьба двух первых камней в наши дни неизвестна. Лишь Чертов камень озера Укры, с которым связан довольно широкий круг преданий, находится на своем прежнем месте, но само озеро осушено (рис. 7).

Рис. 7. Чертов камень озера Укры. Фото автора.
Рис. 7. Чертов камень озера Укры. Фото автора.
 

Сюжеты преданий о встреченном по дороге домашнем животном (козлике, овечке, ягненке), которые в телеге или в руках человека вдруг начинают расти, широко распространены. В таком зооморфном обличии является сам черт или, возможно, призрак умершего, так как «заблудший» домашний скот иногда появляется около кладбища. По сути, тут сливаются две функции черта, одна из которых связана со скотоводством, а вторая с царством мертвых. Наше предание уникально тем, что в нем в конечном результате возникает камень. В Бирзгальской волости Кегумского края в месте, которое называют Полем Черта, показывалась белая овца. Один человек захотел забрать и отнести овцу домой. Пока нес, овца с каждой минутой становилась тяжелее. Брошенная на землю, она превратилась в белый камень (ХЛФ 1177,21537). Кстати, похожее предание о камне имеется в Литве, в Утенском районе. Только там вместо овцы фигурирует козлик [12].

Если конь у озера Ремтес – обыкновенное животное, окаменевшее в результате сверхъестественного события, то камень в Даугаве, названный Конем Даугавы (Daugavas zirgs), – окаменевший мифический персонаж, вероятнее всего, сам черт. Согласно преданию (ХЛФ 937,6), работники поместья Доле, находящегося на острове Долес Саласпилского края, возвращаясь вечером с работы, плыли на лодке через Даугаву. В воде они увидели белого коня и начали бросать ему камни, однако вместо коня появился огромный камень, которого стали называть Конем. Но давно уже этот камень был уничтожен как препятствовавший судоходству по реке. Камни, с которыми в преданиях связан конь, локализуются либо в воде, либо в непосредственной близости от водных объектов. В частности, по течению реки Даугава на территории Латвии отмечено несколько ранее уничтоженных камней, названия которых связаны с конем или подводой [10]. Наиболее впечатляющим из них был камень Кобыла в Калниешской волости Краславского края вблизи границы с Беларусью.

Два предания о черте в антропоморфном образе связаны с рекой Салаца, и, скорее всего, в них речь идет об одном и том же камне в городе Мазсалаца, у тропинки, которая вдоль берега реки ведет к местной достопримечательности – скале Сканяйскалнс (Звонкая гора) (рис 8). Согласно одному преданию (ХЛФ 1086,6), черту надоело жить, он бросился в реку и утонул. Душа утонувшего черта превратилась в камень, который теперь зовется Чертов камень. Второе предание (ХЛФ 1182,7) более развернутое. В нем рассказывается о человеке, который в риге плавил свинец. Он втолковал черту, что это глазное лекарство и влил ему в глаза. Черт от боли прыгнул в Салацу. И после этого превратился в камень.

Рис. 8. Чертов камень на берегу реки Салаца. Фото автора.
Рис. 8. Чертов камень на берегу реки Салаца. Фото автора.
 

В начале статьи было приведено предание о девочке из Стразденской волости, которая после встречи с чертом превратилась в камень. Следующее предание показывает, что в результате такой встречи в камень превратится может и черт. В волости Ренда Кулдигского края записано предание о женщине, которая шла по лесу Валчи. Она встретила молодого человека, который попросил ее бросить мужа и выйти замуж за него. Женщина, заметив, что у молодого человека имеются хвост и рога, стала молиться. Тогда молодой человек превратился в большой серый камень. Этот камень раньше находился в лесу Валчи Ивандской волости.

Своеобразно предание (ХЛФ 22,2861), в котором характерный для черта как хтонического персонажа дух соревнования и азарта заставляет его присоединиться к людям в старинной игре парней – битье деревянного диска. В Скрунденском крае по воскресеньям к парням, которые били диски, присоединялся один незнакомец, достаточно ловкий игрок. Люди заметили, что у него нет ноздрей. Один колдун ударил его рябиновой палкой, и незнакомец превратился в камень.

В следующих преданиях с чертом уже воюет не человек, а верховные божества латышей – Перконс и Диевс. Около уже упомянутой скалы Стабурагс записано предание о Камне Иода (Jodakmens), ныне утопленном в водохранилище. Преследуемый громом Иод (синоним слова «черт» как черного существа) превратился в реке в камень (ХЛФ 1955,14834). О популярном камне-следовике, Чертовом камне, около хутора Геврани в Рубенской волости Екабпилского края (рис. 9) в предании (ХЛФ 1800,1633) сообщается, как черт вместе с чужеземным грабителем, убегая от грозы, переправлялся через реку, но после мощного удара грома оба стали большим камнем в реке. Надо заметить, что сейчас этот камень находится недалеко от совсем маленького ручейка, но предание поясняет, что эта большая река со временем высохла.

Рис. 9. Чертовый камень около хутора Геврани. Фото автора.
Рис. 9. Чертовый камень около хутора Геврани. Фото автора.
 

Согласно преданию, в Зосенской волости Яунпиебалгского края, на горе Спулгас плохо росло зерно, так как там всегда сидел черт, курил и палил его. Бог ночью наслал грозу. Утром люди нашли на горе большой камень – Спулгу (рис. 10), который ночью иногда светится (ХЛФ 828,17002).

Рис. 10. Камень Спулгу. Фото автора.
Рис. 10. Камень Спулгу. Фото автора.
 

Еще одно предание относится к усадьбе Паури Билской волости Смилтенского края (ХЛФ 1001,13). Черт жил в замке, Бог послал большую бурю. Черт с мешком денег свалился с горки и стал камнем. Если какой-нибудь человек смог бы разбить камень голой ногой, то добрался бы до денег.

В Залвской волости Неретского края на берегу реки Сусея находится камень под названием Велна Нагс (Чертов Ноготь) (рис. 11). Уже по названию видно, что в этом случае окаменел не весь черт, а лишь его ноготь. Согласно преданию (ХЛФ 861,70), черт, увидев Бога в виде старичка, быстро скрылся под землю. В большой спешке у него отломался один ноготь, который потом превратился в камень. Этот своеобразный случай является примером окаменения части тела мифологического персонажа.

Рис. 11. Камень Велна нагс на берегу реки Сусея. Фото автора.
Рис. 11. Камень Велна нагс на берегу реки Сусея. Фото автора.
 

Привлекательным и признанным в народе объектом является сравнительно небольшой камень Велна папедис (Пятка черта), лежащий в овраге реки Амула вблизи хутора Мазскудрас в Маткульской волости Кандавского края (рис. 12). Но преданий о камне нет. Возможно, они когда-то и существовали, но не сохранились до наших дней. Также не исключено, что люди до конца не утратившие связь с мифическим мышлением, дали камню такое имя из-за его необычной формы.

Рис. 12. Камень Велна папедис. Фото автора.
Рис. 12. Камень Велна папедис. Фото автора.
 

В Маззалвской волости Неретского края вблизи хутора Петерсони в реке Виесите находится камень, именуемый, согласно народной традиции, Велна педа (Стопа черта) (рис. 13). Камень получил такое название не из-за наличия на нем отпечатка следа, а потому, что по своей форме напоминает ступню человеческой ноги. Но связанные с ним предания, записанные в наши дни, не относятся к теме превращений. В них рассказывается, что на нем черт колотил теленка. В этом предании слились два мифологических мотива – связь хтонического персонажа со стиркой белья, а также его связь с животноводством.

Рис. 13. Камень Велна педа. Фото – М. Зелтиньш.
Рис. 13. Камень Велна педа. Фото – М. Зелтиньш.
 

В Калнцемпьской волости Алуксненского края на берегу реки Папарзе вблизи бывшего хутора Бунгулеяс [7] находится камень Велна рагс (Рог черта) (рис. 14). Но преданий о нем нет, и лишь название свидетельствует о возможном культовом статусе камня.

Рис. 14. Камень Велна рагс. Фото автора.
Рис. 14. Камень Велна рагс. Фото автора.
 

Огромный камень Скродерис (Портной) находился в реке Айвиексте в Праулиенской волости Мадонского края, но был уничтожен при очистке русла реки. Согласно преданию (ХЛФ 1400,32943), там некий портной однажды поздно вечером видел черного мужчину и слышал плеск воды. На следующее утро на том месте обнаружили камень, который назвали Скродерис.

Если во всех предыдущих преданиях можно опознать черта, то сказать, какой именно мифологический персонаж связан с камнем Бадакменс (Камень голода), не так-то просто. С ним связан обширный круг преданий: (ХЛФ 891,5685; 910,2760; 17,19550; 89,5686). Этот камень находится в Юмурдской волости Эргленского края на территории оленьего сада Виесакас. Напоминает этот огромный камень мужика, только без головы, которая отрублена. Эта отрубленная голова в виде камня меньших размеров лежит около большого камня. На боку последнего видна красная линия – это кровь, которая стекала после обезглавливания. Имеется несколько версий относительно появления камня. Камень катился от волости к волости, где останавливался, там был голод. Однажды он остановился на границе волостей Цирсти и Юмурда, поэтому эти волости были самые бедные. Согласно другой версии, камень был принесен во времена голода и наводнений вместе с водой. Этот камень в те времена, когда камни разговаривали, хвастался, что разрушит все дома в округе. Поэтому люди упросили солдат, чтобы те отрубили ему голову. Также о камне рассказывают, что это был солдат, который лег спать на границе волостей. Там ему отрубили голову, и он превратился в камень, а умирая, проклял обе волости. В начале статьи мы рассказывали об окаменевшей девочке Стабурадзе. Из всего посвященного скале Стабурагс массива преданий выделяется один сюжет (ХЛФ 1664,378). Он в чем-то созвучен с преданиями о камне Бадакменс. Жил великан, добрый и отзывчивый. Однажды он услышал, как мужики обсуждали, что неплохо было бы построить мост через Даугаву. Великан решил помочь, нашел огромный валун и покатил к реке. Но где камень катился, там уже ничто не росло. Люди уже не хотели моста и умоляли великана бросить камень, что он на берегу реки и сделал. Родник, вытекающий из Стабурага, – это слезы людей, моливших великана бросить камень.

Совсем иначе обстоят дела со следующим камнем, который связывается с благополучием. Своеобразен круг преданий (ХЛФ 744,42; 744,88-9 и 861,605) из Лаздукалнской волости Ругайского края о корове Мары или Лаймы – молочной Мошиве, которая по реке Пиестиня направлялась из Видземе в Латгале. Ведьма ее превратила в большой камень на реке Пиестиня. На камне имелся отпечаток ноги коровы. Неподалеку от камня Мошиве находились три камня поменьше, которые звались мостиками Ведьмы. Так как корова Мошиве не попала в Латгалию, то и люди там живут беднее, чем в Видземе. К сожалению, местонахождение этих камней в наши дни неизвестно.

Камни – окаменевшие предметы. В основном появление камней – окаменевших предметов в мифическом ландшафте Латвии связывается с деяниями черта.

В Коценской волости Коценского края находится камень Витоленские Чертовы часы (Vītolēnu Velna pulkstenis) (рис. 15). Рассказывается, что черт был в гостях у Бога. Приближалась полночь, пора было собираться домой и, когда в усадьбе Витолени запел петух, черт свои карманные часы в спешке вместо кармана засунул за штанину. Часы упали на землю и до сих пор лежат на луге у хутора Витолени.

Рис. 15. Витоленские Чертовы часы. Фото автора.
Рис. 15. Витоленские Чертовы часы. Фото автора.
 

Около ныне не существующей усадьбы Мелькитарес Айзкрауклской волости Айзкрауклского края находится популярный Мулдакменс (Muldakmens), то есть камень с корытообразной выемкой (рис. 16). С камнем связано много преданий. К нашей теме относится одно из них (ХЛВ 861,183). В давние времена не в каждом доме имелась печь для выпечки хлеба. Однажды женщина взяла корыто с тестом, чтобы отнести к соседу и выпечь хлеб. В осеннюю ночь женщина несла тяжелое корыто через болото, ноги вязли в грязи, ноша казалось все тяжелей и тяжелей, и уставшая женщина промолвила: «Не мог ли сам черт забрать корыто!». В тот же миг корыто провалилась в болото. Сама женщина с трудом выбралась оттуда и пришла к соседу. Переночевав, утром отправилась домой и на том месте, где провалилась в болото ее ноша, увидела большой камень, своей формой напоминающий корыто, через края которого выливается тесто. С тех пор эти болота стали называть болотом Мулдас (Muldaspurvs).

Рис. 16. Мулдакменс. Фото автора.
Рис. 16. Мулдакменс. Фото автора.
 

Условно с мотивом окаменения можно связать записанное в Вецпиебалгском крае предание (ХЛФ 1400,10611) о Шапке черта (Velna cepure). Черт куда-то шел, но у него начала мерзнуть голова, и он на голову вместо шапки положил камень. Увидев Иисуса Христа, он бросил свою шапку около усадьбы Мурниеки. Другое предание из этого края (ХЛФ 148,113) рассказывает о происхождении Туфли черта (Velna tupele), находящейся на северном берегу озера Алаукстс вблизи усадьбы Рознены, которая сохранилась до наших дней. Туфлю черт потерял после неудачной попытки построить мост с камнями через озеро, когда убегал, услышав пение петуха.

На связь с хтоническим миром указывают мотивы преданий о заколдованных деньгах. В предании (ХЛФ 361,72) из Яунелгавского края рассказывается про камень, который находился в лесу около дороги в Яунелгаву. Ехавшие ночью по дороге люди увидели в лесу костер, а у костра человека в белой одежде. Подорожники попросили закурить, и человек в белом дал им горячий уголь. Позже люди заметили, что эти угли превратились в деньги. Вернулись обратно, но там вместо костра и человека обнаружили только большой покрытый мхом камень. Стали люди этот камень называть Камнем денег (Naudas akmens). Автору статьи удалось получить от местного жителя Кришянис Самс (1919 г. р.) информацию о камне приблизительно в той же местности. Он рассказывал, что в детстве тот камень отец ему показывал и говорил, что камень называется Камнем шведов (Zviedru akmens). Отец также ему рассказывал, что под камнем были зарыты богатства шведов. Существенно замечание К. Самса, что в детстве он из-под камня вытаскивал черепки керамики. Правда, не совсем ясно, можно ли утверждать, что эти камни являются одним и тем же объектом. Но вероятность того, что заколдованные деньги в более поздних преданиях стали деньгами шведов, довольно велика.

В Аситской волости Приекулского края был Чертов камень (Velna akmens) (ХЛФ 1722,3428), по форме похожий на сундук. Согласно преданию, когда-то черт, убегая от бога грома Перконс, оставил свой сундук денег, который превратился в камень. Похожее предание (ХЛФ 1010,2080) имеется о Луге Большого камня (Lielakmens pļava) Эдолской волости Кулдигского края (рис. 17). Черт, укравший у Бога драгоценные камни, убегал, а драгоценности в его руках начали расти и превратились в обыкновенный камень, который он бросил.

Рис. 17. Луг Большого камня. Фото автора.
Рис. 17. Луг Большого камня. Фото автора.
 

Два следующих предания также о черте-ворюге. Правда, на этот раз, он ворует не деньги, а нечто съестное. Про появление большого камня в Добельском крае предание (ХЛФ 1400,11539) рассказывает, что черт воровал горох в поле хутора Куйли. Хозяин поля погнался за чертом. У убегающего воришки один мешок развязался, горох высыпался и превратился в небольшие камни. Потом черт бросил и другой мешок, который тоже окаменел. Этот камень, который ныне не удается обнаружить, в народе называли Большим Камнем (Lielais akmens). В Анценской волости Вентспилского края записано предание (ХЛФ 1722,3428) про черта, который нес из поместья Лонасте украденный горшок сметаны и поскользнулся, а сметана вылилась и превратилась в рассыпчатый камень.

В преданиях о двух следующих камнях черта заместили уже исторические персонажи. В городе Бауска находится Камень Петра (Pētera akmens). Согласно преданию (ХЛФ 220,189), на камне обедал Петр Первый. Две его тарелки окаменели, и теперь лежат рядом с этим камнем как небольшие камни. В городе Варакляны в парке около дворца Борхов помимо знаменитого Камня любви (Mīlestības akmens), который не относится к нашей теме, экскурсоводы показывают сравнительно небольшой камень, который выдают за окаменевшее седло графа Борха (рис. 18). Предание о тарелках Петра записано в 1926 году, а о седле графа Борха рассказывают лишь экскурсоводы в наши дни. Последний пример показывает, что и в наше время могут возникать рассказы, построенные по принципам мифологического мышления.

Рис. 18. Седло графа Борха. Фото автора.
Рис. 18. Седло графа Борха. Фото автора.
 

Камень вместо здания. В Беларуси известен Гомсин камень. Согласно преданию, он появился примерно так: во время грозы Перун ударил в дом Гомсина и тот сгорел, а на его месте появился большой камень [3]. Только по этому преданию вообще-то нельзя утверждать, что дом превратился в камень. Точнее было бы сказать, что имела место некая необычная ситуация с участием сверхъестественных сил, и как свидетельство этого события появился камень. В культурно-исторической области Латгале записано несколько преданий о камнях, где сюжетная линия с их происхождением похожа на появление Гомсина камня. Предание из Балтинавского края (ХЛФ 1400,581) – о человеке, который уснул в бане и увидел вошедшего солдата русской армии огромного роста. Испугавшись, он стал колоть солдата вилами. Солдат превратился в лошадиный помет, который мужик бросил в печь на угли. К утру на месте бани появился большой камень. В Баркавской волости Мадонского края на берегу Лубанского озера стоял кабак Апинькалта. Там по ночам на чердаке танцевали черти с ведьмами. Однажды они кабак сожгли, а теперь там стоит большой камень (ХЛФ 878,29). В городе Карсава записано предание о камне Прейи. Сгорел сенной сарай некого хозяина Прейи. На его месте поднялся большой черный камень. Под камнем живет черт и по ночам жгет свечи (ХЛФ 1237,5). Упомянутые в этом разделе камни нами, к сожалению, в указанных местностях выявлены не были. Интересно, что в наше время при обследовании камней в Латгале, в волости Стабулниеки Риебиньского края, мы столкнулись с камнем под названиями Большой камень или Контора Черта. Можно предположить, что название Контора довольно ново. Но изначальные предания, которые относились к камню и могли повлиять на появление такого названия, нам не известны.

Из преданий следует, что окаменеть могли как отдельно взятые люди, так и пары, группы и даже целые поселения. Согласно преданиям, в камень превращались люди обоих полов и разного возраста. Но все же в них чаще фигурируют окаменевшие подростки, юноши и девушки. Возможно, это свидетельствует о связи сюжета об окаменевших людях с половозрастными инициациями и нарушением определенных табу. В редких случаях в камень превращался человек и вместе с ним какой-либо мифологический персонаж, как, например, грабитель и черт, девочка и жаба. Последние два примера показывают также, что два разных персонажа могут превратиться в один камень. Если речь идет о двух камнях, то в них могли быть превращены как представители одного пола (два грабителя, два помещика), так и разных (старичок и старушка) полов. Также могли окаменеть животные и мифологические персонажи в антропоморфном или зооморфном образе, и даже предметы и здания.

Причины окаменения указываются самые разные, во многом схожие, но отличающиеся от соответствующих мотивов в преданиях соседних стран. В Беларуси, Литве и в прусских землях наиболее выражен мотив родительского, особенно материнского, проклятия. В латышском материале он почти отсутствует. Иногда причиной превращения является нарушение ряда общечеловеческих норм поведения (жестокость, жадность, воровство, леность, бесчестие) и даже христианской морали (богоотступничество). Но и эти мотивы в латышском фольклоре выражены намного слабее, чем в соседних странах. В Латвии на первый план выдвигается древнейший пласт мифологии, наименее ощутивший на себе влияние синкретического мироощущения. Возможно, это объясняется тем, что в Латвии, за исключением Латгале, основной религией было лютеранство, которое меньше шло на компромисс с язычеством по сравнению с православием и католицизмом.

В значительной части латышских преданий рассматриваемые метаморфозы происходили в точке сближения двух пространств (реального и мифического) и во времени скорее мифическом, чем реальном. Люди, которые оказывались в этом пространстве и в этом времени, отчасти являются мифологизированными личностями – девочки и юноши переходного возраста, пастухи, воры, правители. Пастушки и старухи окаменевали после того, как побывали в провалившемся под землю дворце, что-то оттуда взяли или там отведали и затем проболтались об увиденном.

Это мифическое время первотворения, когда озера путешествовали по воздуху в поисках места, где они могли бы остановиться. В белорусском фольклоре, кстати, прослеживается тот же мотив, только в более измененной под влиянием христианской веры форме – озеро возникает на месте ушедшего под землю «за грехи» поселения. Причиной окаменения человека могла послужить встреча с мифологическим персонажем иного мира и, наоборот, черт и связанные с ним предметы окаменевают после нарушения ему отведенных временных (после пения петуха, который извещает о наступлении дня) и пространственных границ. В неурочном для себя месте и в неурочном времени черт оказывается при встрече с Богом или Перконсом, в результате чего окаменевает сам или часть его тела.

В двух случаях причиной окаменения стало любопытство: человек подсматривал за пиром черта с ведьмами или за собранием гномов. Кто знает, не кроется ли в подоплеке этих историй запрет на наблюдение того, что тебе видеть не следует, например, за действиями колдуна или тайных инициаций?

В соседних странах камни этой категории встречаются как в естественном виде, так и в обработанном рукой человека. В Литве – это специально установленные камни [11], в Белоруссии – старые каменные кресты [2], в прусских землях – каменные изваяния [4]. На наш взгляд, вопрос о таких камнях в Латвии открыт. В преданиях о камнях из культурно-исторической области Курземе не раз подчеркивалось, что камень был похож на человека, имел силуэт человека или черты человеческого лица. Большинство этих камней было уничтожено, но зная, что человеческие черты в преданиях часто приписывались и естественным камням, утверждать наверняка, что они были обработаны, невозможно. Даже популярный, но ныне утерянный (сохранился рисунок) камень из городища Пуйшу калнс, по мнению Ю. Уртанса, является лишь природным камнем необычной формы [9]. Кажется, что и Спицакменс в лесу Анценской волости когда-то был специально поставлен.

Подобные версии были высказаны и по поводу двух камней в Видземе – Бадакменс (Камень голода) и нами не упомянутого Трию скродеру акменс (Камень трех портных). Были ли они установлены человеком или приняли такую форму благодаря леднику? Находился ли лежащий рядом с Бадакменс меньший камень (его голова) сверху большого камня или нет? На наш взгляд, однозначных ответов нет.

В Беларуси поклонение таким камням сохранилось до наших дней. В Латвии если и было когда-то развито почитание этих объектов, то в наши дни такого не наблюдается. В литературе также сведений об их почитании мало. Исключение составляет камень из Пуйшу кална. Выше изложенное предание утверждает, что ему приносили жертвы зимой и летом. Также есть этнографические записи, что в начале XIX века девушки приносили ему дары, чтобы благополучно выйти замуж [9]. О почитании камня около городища Дигная свидетельствует предание, что там во время праздников веселилась молодежь.

По преданиям, эти камни плачут, кровоточат, имеют сердце, растут, когда-то могли передвигаться, а при выполнении тех или иных условий могут вновь обрести человеческий вид.

По фольклорным данным, прослеживается их связь с городищами (особенно в Курземе) и святилищами. Также немаловажна их привязка к границам, что указывает на роль межевых камней не только как маркеров реального пространства, но и на их мифологическое значение. Следует отметить, что между востоком и западом Латвии (восточными и западными балтами) наблюдаются определенные различия. В Латгале почти не встречаются сюжеты с окаменевшими людьми, исключение – пара заметок об окаменевших свадьбах в пограничных с Беларусью волостях. Основная масса камней этого типа встречаются именно в Курземе. Зато для Латгале типичны предания о ставших камнями зданиях, в которых накануне превращения имело место некое сверхъестественное событие. В центральных районах Видземе записаны наиболее колоритные предания об окаменевшем мифологическом персонаже. Также с регионом Видземе связаны, на наш взгляд, самые интригующие факты о связи камней с бедностью, голодом (Бадакменс и Стабурагс) и, наоборот, с богатством и плодородием (корова Мари или Лаймы). Это, так или иначе, указывает на связь камней с темой плодовитости скота и плодородия земли.

Для земледельцев и скотоводов всегда была актуальна вода. Множество наших камней так или иначе связаны с водой. Они находится или в самих водоемах, или в непосредственной близости от них. С этими камнями связываются истоки родников и рек. От слез Стабурадзе образовался родник. Одна жрица превратилась в камень, вторая в родник. В Беларуси Степан превратился в камень, а от слез Ульяны образовалась река. Также поражает общность мотивов и в более широких масштабах. Например, известен такой мифологический персонаж восточно-романских народов как Баба Докия, которая превращается в каменную глыбу и из которой вытекает родник, что объясняется тем, что «Баба обмочилась» или «Баба осрамилась». Также сюжет с окаменевшей женщиной, которая не желала попасть в руки разбойников, присутствует в грузинской мифологии. Она превратилась в камень на берегу речки, и женщины села используют этот камень, чтобы управлять погодой. Во время засухи камень сталкивают в реку, а когда дождей избыток – оттаскивают подальше от берега [1]. Последние примеры иллюстрируют поразительное сходство мотивов преданий разных народов. Также они показывают, насколько важную роль играли эти камни во взаимодействии природы и человека. Чем больше материалов будет опубликовано по разным регионам и странам, тем понятней нам станет мировосприятие древнего человека. Мифологическое восприятие реальности до сих пор живет в подсознании современного человека, находя отражение в произведениях литературы и искусства. Примером тому служат скульптуры морских коров в парке города Вентспилс (рис. 19).

Рис. 19. Скульптуры коров в саду Ренькя города Вентспилс. Фото – М. Зелтиньш.
Рис. 19. Скульптуры коров в саду Ренькя города Вентспилс. Фото – М. Зелтиньш.
 

Литература

  1. Грузинские народные предания и легенды / сост. Е. Б. Вирсаладзе. – Москва: Наука, 1973. – 367 с.
  2. Культавыя i гiстарычныя валуны Беларусi / А.К. Карабанаў [i iнш]. – Мiнск: Навука i тэхнiка, 2011. – С. 53.
  3. Там же. – С. 82.
  4. Широухов, Р. Гнусная девчонка из Скирвитена, воскресная бесстыдница, француз и монах / Р. Широухов // [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://pregel.me/history/gnusnaya_devchonka_iz_skirvitena_voskresnaya_besstydnica_francuz_i_monah/ – Дата доступа: 07.02.2017.
  5. Якубенока, Л. То ли камень, то ли дом – несколько сюжетов преданий балтов и славян, связанных с объектами ландшафта / Л. Якубенока // Таинственная Беларусь II: Материалы конференции (г. Минск, 16 янв. 2016 г.) / Уфоком. – Минск: Регистр, 2016. – С. 44-66.
  6. Cepitis, J. The connection of mythological stones to deities of the earth and lower world, and their place in the sacred landscape / J. Cepitis, L. Jakubenoka // Kultūras krustpunkti 5, ed. J. Urtāns. – Rīga: Nordig, 2011. – Рp. 34–55.
  7. Eniņš, G. Nezināmā Latvija. Ūdeņi, klintis, akmeņi, koki un alas – vairāk nekā 70 dabas brīnumu / G. Eniņš. – Rīga: AS «Lauku Avīze», 2015. – Рp. 98-101.
  8. Kalniņš, J. Teiksmas un teiksmaini stāsti / J. Kalniņš. – R. 1971. – 227 lpp.
  9. Urtāns, J. Senie elku tēli Latvijā / J. Urtāns // Latvijas PSR Zinātņu akadēmijas vēstis. – 1979. – Nr. 5. – lpp. 103–112.
  10. Urtāns, J. Daugavas kultūrvēsturiskie akmeņi / J. Urtāns. – Rīga: Nordik. 2007. – 144 lpp.
  11. Vaitkevičius, V. Žmonės, pavirtę akmenimis / V. Vaitkevičius // Liaudies kultūra. – 1995. – Nr. 6. – Рp. 24–29.
  12. Vaitkevičius, V. Senosios Lietuvos šventvietès: Augštaitija / V. Vaitkevičius. – Vilnius: Diemedžio, 2006. – Рp. 12–13.

Об авторе: Лилия Якубенока, магистр исторических наук, специалист Айзкрауклского музея истории и искусства (Латвия)

Доклад был подготовлен для конференции «Таинственная Беларусь» (Минск) 21 января 2017 года.


Лилия Якубенока 11.04.2017
 
 
Вторая "Необъяснимая встреча"
Мероприятия 4
Вторая "Необъяснимая встреча"
14 июня в "Белом лофте", расположенном в московском парке Сокольники, прошла вторая по счету "Необъяснимая встреча" или, говоря простым языком, общение в неформальной обстановке на заранее обговоренную с гостями "таинственную" тему. На этот раз  спикерами были координатор Проекта "Уфоком" Илья Бутов и руководитель "НОЗП" Георгий Федоровский и обсуждали они такое явление, как полтергейст.
О грустном...
НЛО и АЯ 29
О грустном...
Ранним утром 18 мая 2017 года после тяжелой продолжительной болезни в возрасте 51 год ушел из жизни Вадим Александрович Чернобров – бессменный на протяжении 20 лет руководитель и идейный вдохновитель общественного объединения "Космопоиск", которое давно уже, благодаря его усилиям, переросло в международное движение. Это скорбное известие оказалось абсолютно неожиданным для многочисленных членов объединения.